Ночь вне закона

 – Не умеешь правильно работать, будешь заносить свои хвосты.

В трубке зазвучал отбой.

– Скотина, – выругался Миронец.

Миронец набрал номер домашнего телефона.

– Люда, Олег не объявлялся? Вот негодяй! Где его черти носят? Гуляют всю ночь. Больше не дам ему машину. Ладно, как позвонит или придет, пусть со мной свяжется.

Раздался звонок из приемной.

– Леонид Аркадьевич, Ратуш на проводе, – сообщила секретарша по внутренней связи.

– Соедини. Алло, Саша, ты где?… Не понял, чья машина? Говори внятно.

– Вашу машину в 6 утра обнаружил участковый в селе. Возле Десны. Никого нет. Пустая. Оперативная выехала.

– Где это? Сейчас выезжаю…

На берегу Десны толпа народу возбужденно рассматривала в воде какие-то предметы. Синие «жигули» 9-го выпуска, три милицейских «уазика», скорая помощь, сотрудники милиции. Вот такую картину застал Миронец, примчавшись на служебной автомашине ГАИ на берег реки. Предчувствуя самое страшное, Миронец подошел на негнущихся ногах к старшему оперуполномоченному.

– Где он? – сорвавшимся голосом спросил Миронец, надеясь на чудо.

– Уже в скорой. Там патологоанатом.

– Он утонул? – не веря своим ушам и глазам, безумно раскрытым навстречу трагедии.

– Убийство. Оба с черепно-мозговой травмой, сброшены в воду. Их утром обнаружили рыбаки, заявили участковому. Бригада с кинологом уже работает… Вы их знаете?

– Это мой сын, – промолвил едва слышно Миронец.

– Следов много, протекторы двух иномарок, показания очевидцев, – не расслышав слов Миронца, продолжал оперативник, – Думаю, на след выйдем.

– Это был мой сын, – повторил Миронец со слезами на уставшем лице.

Миронец сидел в кресле, опустив голову на скрещенные на столе руки. Сквозь туман в сознании до его слуха доносились телефонные звонки, на которые он не реагировал. Он вспоминал глаза своего сына, его речь, его ладную фигуру. Всё пошло прахом. Сына больше нет. Нигде нет.

Его сердце сжималось от жалости к сыну, ненависти к убийцам. Он не связывал его гибель с его деятельностью как будущего налогового инспектора. Не мог даже себе представить, что его действия могут носить противоправный характер. Он был просто отцом. Его собственная служба, сначала в органах ОБХСС, затем в налоговой милиции сплошь состояла из своего рода уступок и давления на субъектов предпринимательской деятельности, а попросту фирмачей.