Политтехнолог

Что и сделал с утра пораньше, воспользовавшись тем, что два громилы находились от него достаточно далеко.

– Здравствуйте, Василий Иванович, – сказал я.

Колобок переменился в лице, молча и изумленно уставился на меня.

Сделавших шаг в нашем направлении качков остановил поднятием руки, мне указал на табурет с другой стороны стола. Я сел. Авторитет с неподдельным интересом спросил:

– И откуда ты меня знаешь…

На секунду он замялся, затем закончил:

– …знаешь по гражданской жизни.

Я очень кратко объяснил.

– А, так ты сын Григория Степановича, – задумчиво протянул Колобок.

С минуту он смотрел на меня, потом вздохнул, подвинулся поближе, жестом показал, чтобы и я сделал то же самое:

– Ну, теперь давай рассказывай. Только негромко, чтобы никто не слышал.

Ну и я и рассказал про свои догадки. У меня был только один вариант – тот странный олигарх Иван Иванович Уколов, требующий от меня уступить место в Пушкинской гимназии его дочери. Колобка эта информация не удивила:

– Значит, Укол… От него любой пакости можно ждать… Да, студент, влип ты в историю… Не завидую… Ну да ладно, война план покажет… Но здесь тебя не тронут, будь на этот счет спокоен.

Потом повернулся к остальным обитателям камеры, которые на самой дальней от нас койке резались в карты:

– Ребятки, вот это юноша находится под моей защитой. Все поняли?

На следующий день меня привели на встречу с моим адвокатом – высоким сутуловатым пожилым мужчиной с огромной копной длинных, до плеч, седых волос. Это оказался известный адвокат, лучший по крайней мере в нашем Федеральном округе (об этом мне авторитетно заявил Колобок, которому адвокат ощутимо снизил первый из его сроков за какую-то глупую драку с серьезными последствиями).

Я рассказал о встречах с Иваном Ивановичем Уколовым. По поводу подброшенного героина тоже была догадка: это мог сделать мой двоюродный брат – у него был ключ от моей квартиры. Ну, если не сам подбросил, то помог оказаться «дури» в нужное время в нужном месте.

Виктор Генрихович Войцеховский сказал, что защищать меня просил мой дядя, премьер областного правительства, с которым они давние друзья. И что они сделают все возможное и невозможное, чтобы доказать мою невиновность. Через день адвокат сообщил, что должен ненадолго уехать, меня будет навещать работающая с ним женщина.