Сиракана. Книга 1. Семеро

Народ на площади ликовал, на время забыв даже о менестрелях.

– А ведь талант у них есть, – нехотя проговорил Паблус, мельком взглянув на один из особо красочных фейерверков. – Будем надеяться, что этих парней хватит не только на то, чтобы пускать искры в воздух.

– А там не только парни, – весело сказал Сольвинус, время от времени присоединяясь к аплодирующим горожанам. – Просто их сложно различить из-за мантий. Вон там, например… – веселое выражение резко сошло с его лица, как стертая с холста краска.

– Сольвинус? – немного напрягся Паблус. Проследив за взглядом друга, он побледнел. – Сольвинус, что происходит? – спросил он, едва ли не робко.

Полуденное небо посерело. На нем уже не было солнца и облаков. День не сменился ночью или сумерками. У них, как и у утра и дня, есть свои краски, оттенки, указывающие на наличие жизни. Серая масса не несла в себе ничего. Она лишь приближалась к земной поверхности, словно падающее небо, решившее слиться с землей.

– Не может быть! – на сей раз в шепоте Сольвинуса звучала неприкрытая ярость. – Как они посмели?! – Резко сорвавшись с места, он бросился вперед сквозь толпу, не обращая внимания на едва поспевающего за ним Паблуса.

Веселье на площади резко сменилось паникой. Даже самые несообразительные из горожан уже догадались, что происходящее – это не часть устроенного молодыми магами представления. Люди повсюду кричали и беспорядочно метались, нещадно расталкивая друг друга.

Началась давка. Ошеломленные не меньше горожан, стражники бросались то в одну, то в другую сторону, не зная, куда себя деть и как поступить, чтобы попытаться пресечь внезапно возникший беспорядок. Расталкивая людей локтями, Сольвинус пробился к одному из них и, схватив за руку, сдернул со своей головы капюшон.

– Архонт… – пробормотал пораженный солдат.

– Быстро найди капитана! – отрывисто бросил Сольвинус, – пусть подтянет подкрепление.

Поклонившись, стражник бросился прочь. Едва разбирая дорогу, Сольвинус на всех порах несся вперед – к видневшемуся впереди высокому, вычурному зданию, возвышавшемуся над всем городом. За ним, пыхтя и отдуваясь, бежал Паблус.

Внезапно, почувствовав сильную боль в груди, Сольвинус замер на месте и начал заваливаться набок, не в силах сделать больше ни шага.