Сиракана. Книга 1. Семеро

Во-вторых, если Город, которому ты клялся в верности, не стоит для тебя высокой цены, которую ты должен заплатить за его свободу, значит все принесенные когда-то тобой клятвы не стоят ломаного гроша! – резко произнес он под конец, в свою очередь, повышая голос.

– Клятвы!? Все мы когда-то клялись до конца дней своих служить Империи и положить жизнь ради ее процветания… – эта фраза вырвалась у него помимо воли. Сольвинус верил в отделение от империи, верил в высокое предназначение магов, называвших себя архонтами, но происходящее сейчас никак не укладывалось у него в голове.

– А, так вот оно что? – голос верховного архонта приобрел ядовитый оттенок, – тебе, видимо, надоело торчать в лесу – вдали от покоя и уюта? Решил пойти полизать сапоги имперскому выродку?! Скатертью дорога! Мы прекрасно обходились без Тараниса и Мариуса, обойдемся и без тебя!

Тишина, царившая в палатке во время всего препирательства, стала, казалось, оглушающей.

Сольвинус горько усмехнулся.

– Когда-то ты был велик, – произнес он, спокойно глядя на верховного мага. Ярость и непонимание внезапно куда-то исчезли, уступив место необыкновенной ясности. – Все вы! – уже громче обратился он к присутствующим, на миг обведя шатер пристальным взглядом. Все отводили глаза, даже старый друг Паблус, как с горечью признался маг самому себе. – До тех пор, пока страх и надменность не превратили вас в тех, кем вы являетесь сейчас – кучку глупцов, считающих себя вечно правыми и непогрешимыми, полагающими, что весь мир существует исключительно для удовлетворения их амбиций.

Резко развернувшись, маг быстрым шагом покинул палатку.

– Еще высказывания будут? – спокойным, холодным голосом спросил верховный архонт.

– А если он действительно пойдет к Тиберию? – спокойно спросил, молчавший во время всего разговора, Торвальд.

– Нет, – решительно ответил Тирас, так низко он еще не пал… Итак, – веско уронил он, подавшись чуть вперед на своем стуле, – план следующий…

Окончания разговора Сольвинус уже не слышал. С клокочущей в груди яростью, он едва ли не бегом бросился прочь, не замечая внимательного взгляда своего недавнего проводника.