Сиракана. Книга 1. Семеро

В году 49 после Вторжения за свои заслуги перед Орденом инквизитор третьего ряда, Гильярмо Наварра, был повышен до "длани" Светоносного, получив в дополнение к высокому рангу доступ к новым знаниям, сильно способствовавшим повышению его магического потенциала. А вскоре после этого, сделавший блестящую и стремительную карьеру в Ордене, маг был отправлен в качестве представителя Катреоны в жемчужину городов и вместилище магических знаний – великую Арилору.

Город поразил Гильярмо с первого взгляда. Его родина, разумеется, далеко продвинулась в изучении магических и обычных наук (например, на весь мир была известна Великая катреонская абсерватория), но всё это находилось под тяжелой пятой Инквизиции.

Знания жестко дозировались и малыми порциями выдавались посвящённым под тщательным присмотром «узревших свет», и ослушников почти наверняка ждала встреча с братьями дознавателями. За верностью своих людей Инквизиция следила более, чем тщательно.

Впервые оказавшись в Городе, Гильярмо почувствовал себя как человек, всю жизнь дышавший через платок, который вдруг резко оторвали от лица.

Арилора была вне войны. Никогда она не участвовала ни в одной междоусобице, пограничном конфликте или дележе территории соседними государствами. Даже само Вторжение, оставившее на мире несмываемое пятно, коснулось её лишь мельком. Говорят, почувствовав опасность еще в первые минуты, архонты сумели прикрыть Арилору каким-то щитом, и он полностью избежал эпидемии "Серого Косаря". После, они одними из первых стали (пусть и невольно) последователями Нового пути, помогли освоиться с новым знанием большинству магов Запада и с легкостью отбились от тварей.

Пока соседи воевали и тратили силы в попытках уничтожить друг друга, Город под управлением архонтов процветал и копил знания.

Арилора была свободна. Это ощущалось, буквально, во всём – от непринуждённой походки жителей до разговоров, иногда слышавшихся в тавернах. Даже воздух здесь ощущался иначе.

И пришло, наконец, время, когда, некогда равнодушные ко всему, архонты начали принимать в ряды своих учеников людей из других стран, а те, кто, по их мнению, был достаточно мудр и силен для подобной ответственности, получал возможность со временем стать одним из семерых – сильнейших магов во всей ойкумене.

Каждая страна, считавшая себя просвещённой, от Ксандрии до Венеда, граничащего с варварским Светлогорьем, считала своим долгом послать туда своего представителя для улучшения его знаний и опыта.