Сирийский марафон. Предтеча. Красная Поляна

Дорога геометрически строго повернула влево на сто тридцать пять градусов и тут же отыграла. Машины, сбавив скорость, шаркнули покрышками по седому от старости асфальту с обгрызенными краями. Река, выскочив на миг из-за угла и не найдя занимательного, укатила восвояси. Мало ли кто и когда тут ездит. Видали-перевидали. Как говорится, своих забот …

Сорок семь минут колонна накручивала серпантин, пока не миновав второй по счёту распадок, оказалась на прямой. Дизеля, облегченно выдохнули, и мерно застучали притомившимися «горшками».

Пять разнокалиберных домиков погранзаставы вполне вольготно разместились на площадке в триста квадратов. Какие-то развалины старых строений виднелись на периферии. «Новодел» со стенами из красного кирпича и крышами из зеленого профлиста совсем не вписывался в строгое величие Кавказа. А, вот флагшток с российским триколором, как и положено, гордо реял, внушал и демонстрировал. Колонна беременной гусеницей едва вползла на площадку, как тут же разделилась.

– Братва, где тут у вас заведение со всеми удобствами? – Носорог, с хрустом потянувшись и зевнув, направился к двум «аборигенов», что распоряжались выгрузкой.

– Это ты насчет сортира? – покосился верзила, взваливший мешок на плечо и собираясь шагать по деревянному трапу, ведущему в склад.

– Фи, сортир! – поморщился Николай, меняя курс. – Сразу видно, нема тута эстетов.

– Дак, горы кругом, на все триста шестьдесят, – фальшиво вздохнул пограничник и ступил на доски. – Сдохли все эстеты давно. Ещё до исторического материализма.

– Сударь! Нижайше прошу, пипифакс пользуйте экономно, – крикнул Чупа-Чупс в спину целеустремленно удаляющемуся Еремееву. – Дефицит по причине плохой логистике и низкой урожайности в здешних палестинах.

– Вы группа «Пилигрим»? – сбоку раздался усталый голос. Кайда повернул голову. В вязанной шапочке болотного колера стоял военный. – Старший лейтенант Панкин, здешний комендант. Скорее всего за нами наблюдают. Появление колонны – целое событие. Не знаю, вашего звания.

– Да, просто «пилигримы» и все дела, – капитан, принял положение «смирно» и приложил правую ладонь к виску. – Мы звездностью не страдаем.