Дядюшка Лео, или 2 агента парагвайской разведки

Попутчик, не замечая сарказма шефа, продолжал:

– Вы куда едете? Я – в Польшу. К другану, в гости. Он под Варшавой живет. Два года назад поехал калымить. Устроился на ферме. Хозяева не бедные. Мужик, жена, да трое сынов. Дети в Варшаве, в институтах учатся. Прошлой весной хозяин поехал рыбачить, да утоп по пьяни. Вдова вначале думала ферму продать, но сыновья отговорили. Наняли бабу в помощь. Хозяйка погоревала-погоревала да с моим товарищем снюхалась. Попервости таились от сынов. Потом сознались. Друган по хозяйству крутится, ну и хозяйку не забывает.

Недавно письмо прислал. В гости зовет. Пишет, понравится, останешься. Работы много, жизнь сытная. Европу поглядишь. А я что? Живу под Курском, в колхозе. Работы толком нет. Платят гроши. С женкой, как пять лет разбежались. Решил, поеду. Вот. Мужичок перевел дух.

Во время монолога мы продолжали распаковываться.

– Слышь, дружок, ты бы не отсвечивал. Нам переодеться надо. Закрой калитку с той стороны. На время. Гуд? – напористо сказал шеф. Попутчик, послушно кивнув, закрыл дверь.

– Крутовато ты его, – я улыбнулся. – Так и обидеть можно.

– Обидеть? – удивился Игорь. – Э, нет. Таких словами не обидишь. Нечем обижаться. Нет у них такого органа.

Шеф оказался прав. Открыв дверь, я обнаружил, что попутчика и в помине нет. Перед купе валялся обтянутый дерматином чемоданчик и изрядно выцветший рюкзак. Курянин обнаружился в тамбуре. Там, найдя в лице проводницы очередного слушателя, он излагал свою историю. Редакция практически та же.

Вплоть до междометий. Увидев меня, он слегка отвлекся:

– Ага, вот мой сосед, – и продолжил, – друган пишет. Приезжай, мол. Посмотришь, поработаешь. Понравится, останешься…

Я вернулся в купе:

– Похоже, веселый попутчик нам попался.

– Пожалуй. Трещит, будто хрен в коробке, – откликнулся Игорь. Он изучал вагонную брошюру, – в Бресте будем завтра. Там граница: таможня, шмон и прочие радости. Так. Скоро должны поехать. Надо б закусить слегонца. Лады? Я кивнул:

– А бродягу будем приглашать?

– Бродягу? Наш случай, как в подводной лодке.

Деваться некуда. Придется.

– А вдруг он непьющий? – терзал я Игоря.

– Непьющий? С такой-то рожей? Сам-то понял, что сказал? Непьющий! – фыркнул шеф. – На халяву пьют даже трезвенники и язвенники, – подражая Лелику из «Бриллиантовой руки», вещал шеф, – а тем паче, в дороге. Развлечений минимум. Едешь Бобиком в будке. Только и веселья – водочки откушать.

Вновь прошелестел голос диктора.