Яд власти

– Кого тут в Переслав везти?

Уланов улыбнулся:

– А что, незаметно?

– Для порядку спрашиваю.

– Открой багажник, дядя.

– Зови Матвеичем, а тебя как?

– Роман.

– Угу!

Таксист открыл багажник, Уланов поставил туда чемодан.

Матвеич поинтересовался:

– А чего не спрашиваешь, во сколько тебе поездка обойдется? Сам понимаешь, время сейчас позднее или раннее, один черт, и платить придется за проезд туда и обратно, а это выйдет за триста верст.

– Сколько?

– Три тысячи.

– Это еще по-божески.

Уланов знал расценки московских и подмосковных таксистов, случалось, приезжал домой на такси.

– Четыре, – хитро щурясь, посмотрел на пенсионера таксист.

– А вот это уже дорого.

– Ладно, шучу! Три, значит три. Бросай сумку в салон и поехали. Даст бог, через полтора часа довезу до дома. Только в городе дорогу сам показывать будешь, Я в Переслав, конечно, езжу, но обычно до автовокзала или до остановки первой маршрутки.

– Покажу.

– Ну тогда, по коням?

– По машинам.

– Военный, что ли?

– Был, уволился.

– Рановато вроде.

– Так получилось.

Они сели в «Логан», и водитель выехал с площадки у ОВД на дорогу, ведущую к шоссе. На трассе спросил:

– Музыку включить?

Уланов отрицательно покачал головой:

– Нет. Голова болит.

– Таблетка есть.

– У меня и подейственней лекарство имеется.

Таксист понял:

– Ты выпей, стакан в бардачке, там есть бутерброды, старая моя успела сунуть перед отъездом.

– Так пройдет. Но музыки не надо.

Водитель поинтересовался:

– А чего, если не секрет, тебе тачку из РОВД вызывали? Случилось что?

– Так, ерунда.

– С поезда сняли?

– А ты, Матвеич, наблюдательный, раз чемодан, то, значит, куда-то ехал. Автобусы не ходят, значит, поезд.

– Да, но только вот поезда у нас не останавливаются, только экспрессы и электрички. Они ночью не ходят.

– Сегодня сделали исключение.

– Да? И почему?

– А в купе со мной, я имею в виду в котором и я ехал, неизвестные грохнули мужика-попутчика.

Таксист открыл рот:

– Чего? Грохнули? Совсем?

– Совсем. Заточкой в грудь.

– Ни хрена, ерунда? Молодой попутчик-то был?

– Лет сорока, может, больше, может, меньше.

– Да, дела. Я уж думал, прошли те времена, когда людей пачками клали из-за разной мелочи.

Уланов вздохнул:

– Оказывается, еще не совсем прошли.

– Да. Куришь?

Уланов утвердительно кивнул:

– Курю.

Водитель со своего места приоткрыл окно.

Майор закурил.