Новая Зона. Лики Януса

Длинная девятиэтажка выгорела полностью, превратившись в обугленный скелет из стали и бетона. Пустые глазницы окон вели в темные разрушенные квартиры, ставшие могилами для своих обитателей. Роман смотрел на уничтоженное пожаром здание, стоя на другой стороне дороги, и понимал, что вряд ли за все эти годы хоть кто-то из сталкеров рискнул приблизиться к этому жуткому месту. Даже сейчас по спине Нестерова пробегал неприятный холодок от одного взгляда на строение, остающееся погруженным в сумрак в самый погожий солнечный день.

– Дом, милый дом, – возвестил остановившийся рядом Павел, также глядя на обугленный девятиэтажный каркас. – Все еще не передумал идти внутрь?

Он перевел взгляд на Романа, продолжающего смотреть на три почерневших окна на пятом этаже.

– Эй, братец? – Павел махнул ладонью перед лицом Нестерова. – Ты что, оглох?

– Нет, не передумал, – откликнулся Роман, снимая с плеча автомат. – Просто нужно время.

– А, понятно. А я уж думал, что ты струсил, – усмехнулся Павел и неожиданно первым направился через пустую улицу к подъезду.

Роман выругался и, сойдя с тротуара, поспешил следом за братом. Тот уже беззаботно сидел на каким-то чудом сохранившейся лавочке возле входа в дом.

– Удивительно, как работают аномалии, а? – Павел постучал ладонью по деревянному сиденью. – Скамейка в двух метрах от подъезда. Весь дом на хрен сгорел, а эта падла стоит себе целехонькая, хотя прошло уже столько лет!

Роман вновь пропустил слова призрака мимо ушей. Сталкер снял с пояса детектор и откинул крышку. Прибор немедленно разразился предупреждающей трелью, а на небольшом экране высветилось несколько аморфных образований, наслаивающихся друг на друга.

– О! Просто настоящее поле смерти! – отметил Павел, глядя через плечо Нестерова. – Советую тебе ступать осторожнее, братец. А то превратишься в хорошо прожаренного ходока с хрустящей корочкой быстрее, чем успеешь сказать слово «мама!».

– Спасибо, я уже понял, – огрызнулся Роман и, пару раз нерешительно сжав и разжав пальцы, схватился за ручку тяжелой железной двери.

Ничего не произошло, и сталкер, облегченно выдохнув, потянул ее на себя.