Тени прошлого. Расплата

Гасани выключил телефон, взглянул на Санхаба и заявил:

– Вот и все. Мне пришлось чуть снизить цену, но семьсот пятьдесят долларов куда лучше, чем пятьсот. Я прав?

– Да, конечно, господин Гасани, вы поистине мудрый человек.

– Оставь это. Мы с тобой покурили. Пора и позавтракать.

Санхаб встал:

– Прошу в дом, господин Гасани.

Тут к ним подошел Гамаль Кадир и спросил:

– Господин, вы забыли обо мне?

– Думал, еще спишь, не хотел будить. Но раз ты пришел, то пойдем. Господин Санхаб приглашает нас на завтрак.

– С удовольствием, – проговорил Кадир.

Во второй половине дня Гасани изъявил желание лично посмотреть на Пяндж. Санхаб по извилистой тропе провел его на берег. Чтобы осмотреть противоположную сторону, нужна была оптика. Санхаб заранее подумал об этом и захватил с собой бинокль.

Гасани оглядел таджикский берег, широкую тропу, ведущую к кишлаку Ами.

Он не увидел ни одного человека, отдал Санхабу оптику и спросил:

– Где спрятаны плоты?

– Внизу, как раз под нами, заводь.

– Товар?..

– Его спустят, как стемнеет.

– Река пока спокойна. Что будет ночью?

– То же самое. По крайней мере, со слов старика, знающего приметы.

– А если он ошибается?

Санхаб вздохнул и ответил:

– Тогда придется вновь переносить переправу.

– Логично, но нежелательно. Мне надо ехать в Гаран, на завод, а не торчать тут.

– Мы управимся и без вас.

Гасани взглянул на подельника:

– Да?

– Прежде вполне справлялись.

Гасани прошелся взглядом от восточного поворота русла до западного, за которым находилась таджикская пограничная застава.

– Начальник заставы оповещен, что груз пойдет ночью, не так ли? – осведомился он.

– Конечно.

– Так почему сейчас пограничники не выставлены на этом участке, не прикрывают Ами?

– Не могу знать. Впрочем, Даврон говорил, что у начальника заставы много проблем.

– На службе или в личной жизни?

– На службе. С личной жизнью у него все в порядке. В каждом селении по жене. Неофициальной, естественно. Да еще и на заставе он держит молодую женщину. Заместитель начальника тоже живет на широкую ногу.

– А что со службой?

– Острая нехватка солдат. В прошлом месяце четверо дезертировали. Призыв идет с трудом. Не желают таджики служить.

– Это плохо, – проговорил Гасани.