Гетерозис. Хроники боли и радости

Глаза разбегались при виде всего этого безумного убранства, заставляя с неистовым сладострастием любоваться инкрустацией человеческих останков.

Но особое место занимали анатомические поделки. Эдакие скульптуры в банках. Большинство из них демонстрировали женскую промежность, хотя были и фаллосы. А на самом видном месте стояли своеобразные три кита. Они имитировали вагинальный, анальный и оральный акты совокупления. Особо реалистично выглядел отсос. Огромных размеров член торчал в чьем-то рту, пробивал затылок насквозь, торча головкой наружу, при этом глаза ныне покойной дамочки вылезали из орбит.

Когда я стал постепенно приходить в себя, шокирующие обстоятельства ушли на второй план, и мне наконец-то удалось обратить внимание на живую девушку, которая сидела на полу, забившись в дальнем углу комнаты. Это ее рыдания мне приходилось слышать.

Сейчас она не рыдала, но, судя по всему, была далека от жизненного оптимизма. Махать удостоверением перед человеком в таком состоянии было бесполезно.

– Все хорошо. Я пришел вам помочь.

Обнажив ладони перед собой, мне удалось привлечь ее внимание. Она вышла из ступора, и наши глаза встретились. Ее рассудок был на грани, но еще боролся. Губы шевелились, но слов не было слышно. Я попытался осторожно к ней приблизиться, но даже тогда удавалось услышать лишь обрывки слов. И только когда мне удалось прижать ее к себе, я четко разобрал брошенную мне в ухо короткую фразу:

– Он еще здесь.

«Здесь!!» – отозвалось в мозгу.

Краем глаза я засек мелькнувшую тень. Хотел повернуться, но застыл. Словно парализовало, так что не двинуть ни единым мускулом. Да и чувства куда-то улетучились. Веки мгновенно отекли, нос заложило, а язык стал будто ватный. Только вот во рту был какой-то странный привкус, словно металлический с добавкой клубники.

Внезапно вспомнился дурацкий слоган из рекламы: «идеальное сочетание, которое запомниться вам на всю жизнь».

Между тем перед глазами уже активно мелькали огромные мушки, а распухающие веки неукротимо сжимали створки глаз. Сквозь остающиеся щелочки я видел девушку. Она была в порядке, но тоже не шевелилась. И, по всей видимости, виной тому был ужас, в котором тонули ее глаза. Я видел в них отражение тени, неторопливо приближавшейся ко мне сзади. Кстати, это последнее, что я помню.