Гетерозис. Хроники боли и радости

И все же весь этот модернизм не вписывался в ветхоготический стиль замка.

– Как-то это странно, – прошептал я в момент, когда эйфория немного отступила.

Роланд, до этого шнырявший по комнате в попытках включить все нужные рубильники, остановился передо мной со взглядом вселенского недоумения.

– Это крыло отстроено специально для гостей, которых не прельщает средневековая экзотика. Но если вы хотите…

– Нет-нет, что вы. Просто не ожидал такого…

– …шика, – закончил за меня дворецкий, – Вы еще многому удивитесь.

– Ага, – машинально сорвалось с моих губ.

Я ещё долго пространно упивался изяществом внутренней отделки. Даже когда Роланд сделал всё необходимое для моего комфорта и затем стоял у дверей по стойке смирно.

– Кхым-кхы.

Я обернулся.

– Что-нибудь еще, господин? – поинтересовался дворецкий без видимых претензий.

– Нет, – ответил я, понимая, что все хотят спать, – Ступайте.

И Роланд удалился. Я же постоял ещё несколько секунд посреди комнаты в смиренном изучении убранства, а потом подошел к сумке и достал ноутбук.

Чем хорошо иметь агента, так это тем, что, если провожу ночь черт знает где, а на утро лечу черт знает куда, все мои рабочие принадлежности в обязательном порядке заранее отправляются в аэропорт и мне потом не приходится ломать голову над вопросами что и как.

– Связь с Хавьером отсутствует, – сообщил монотонный компьютерный голос, когда я попытался наладить соединение.

– Черт, – вздорно вырвалось из моей глотки.

Но в этот момент пришло сообщение.

– Вам письмо, – сообщил компьютер.

И в этот миг я всем сердцем надеялся, что оно окажется посланием Хавьера. Кстати, о нем… Мы встретились задолго до моей женитьбы, тогда же начали работать вместе. То были нелегкие времена, и нам приходилось туго, по-настоящему… А потом все резко изменилось, у нас появились деньги, у меня жена… Но стоило ли это того??? Не знаю.

– Вам письмо, – повторил компьютер для тех, кто уснул.

– Хорошо, хорошо, – ответил я и клацнул левой кнопкой.

«Готов ли ты к правде?»

Надежду развеяло как дым. Я внутренне проклинал того негодника, который кинул в меня невразумительным ребусом.

Что за идиот пристал ко мне со своей правдой.