Фантастиш блястиш

И мне очень-очень клево!

– Мы безумно рады за вас Света!

– Спасибо!

И весьма сомнительные ведущие, и внезапно дозвонившаяся до них сумасбродка могли бы еще долго рассыпаться во взаимных комплементах, да только первым нужно было оправдывать свои баснословные гонорары, что собственно никак не смогло произойти без обнажения пикантных подробностей в радиоэфире.

– Ну а сейчас по нашей давней традиции пришло время для нашей специальной рубрики «ЛОБОВАЯ АТАКА»!..

Такое громкое заявление сделал вроде как Кирилл.

Артем не был уверен стопроцентно, потому как для него было важнее не переехать тяжелыми коваными колесами кого-нибудь по самой нелепой случайности (бездомную кошку или прилегшего отдохнуть бомжа), а не запоминать имена людей, которые ему были более чем противны.

«О, Боже, как же сильно меня тошнит от них!..», – думал Артем, нажимая в очередной раз на кнопку и в очередной раз порождая самый вразумительный голос, спокойно и размеренно сообщающий куда более важные вещи:

– Шестая горбольница.

Следующая остановка – площадь Терешковой.

Только вот гармошкоподобные двери снова резко захлопнулись, тяжелые вагоны снова медленно стартанули и с экстравагантной дрожью заскользили по металлическому полотну. Ну а вместо спокойствия, умеренности и рассудительности невыносимо громко разразилась вычурная рекламная заставка, замиксованная из всякого рода грохочущих и бурлящих звуков, в конце которой некто изрядно шепелявый прохрипел:

– ЛОБОВАЯ АТАКА!..

– Гады вы ползучие, – как бы в ответ негромко пробормотал водитель трамвая.

Хотя возможно эти слова были адресованы нескольким муравьям, непонятно откуда взявшимся на приборной панели, и никак не относились к тем, кто после громогласной рекламной заставки принялся нести в эфир еще большую чушь:

– Да, да, да, да!!!.. Это ваша любимая ЛОБОВАЯ АТАКА! И мы как обычно с вами!..

Или же нет?! Наверное, Артем и сам не знал, не понимал, что именно происходит вокруг и как именно ко всему этому относится его душа, что об этом думает его сердце и довольно ли его худощавое тело той зыбкой и злачной средой, в которую его поместили по какой-то нелепой случайности или же по излишне громоздкой прозорливости.

Ему редко приходилось думать о большой и страшной Вселенной, таящей в себе голос самого безумного разума, что некими странными желаниями неизменно и испокон веков управляет чужими судьбами, морями и планетами. Конечно, он знал, что слишком многие именуют все это предельно коротко – БОГ.