Теория мультииллюзий

Он даже нашел для жены словосочетание – ненавязчиво идеальна. Два слова, описывающие ее превосходно.

Алису, конечно, трогала эта чудесная, поэтичная туфта. Но давайте по-честному, если бы она хотела портрет – она бы пошла и самостоятельно закала портрет. Нет тут ничего сложного. Она не просила свое карандашное отражение на плотной бумаге. Она обижалась на то, что Яшка не хочет от нее детей.

– Ну при чем тут «от тебя»? – с неизменным терпением снова и снова спрашивал Олег, – Напридумывала тут, – фыркал он, выигрывая время, – местоимение, родительный падеж.

Жена направляла грустный взгляд свои огромных оленьих глаз в пол.

– Я просто не хочу, без предлогов, – вздыхал Олег.

Но Алиса знала, что Яшка обманывает. Алиса верила: у каждого поступка есть причина. Объяснение. Ответы. Она спрашивала о них Яшку, вздыхала, страдала. Пожимала плечами. Словно тот самый неродившийся ребенок.

А Олег, как уже было сказано, меньше всего на свете любил оправдываться.

И если бы тогда, в начале июня, вечером, Алиса в очередной раз не обиделась бы и не закрылась в ванной, ничего бы не произошло. Так считала Алиса, что характеризует ее с хорошей стороны. Потому что в бесконечном поиске причин редко кто обращается к первоисточнику – то есть, к себе.

Олег, как обычно, считал по-другому. Олег считал, что Алиса вообще не при чем. Его жены будто не существовало. Он сделал то, что сделал потому что сделал. Точка. Зэ энд.

И это, конечно, делает Яшку отвратительным человеком.

1.

Олег бежал свои восемь километров по набережной. Нева была здесь без гранитных берегов, неширокая, домашняя. Еще немного – и колхозная речка. Народу тоже практически не встречалось. Вечерние пробежки были его самой настоящей отдушиной, и он радовался, когда Алиса оставляла ему возможность заниматься спортом в одиночестве. Олег не ручался, что его жене нравился бег как таковой, но она все равно часто стремилась составить компанию.

Олег бежал. Жар асфальта, жар воздуха, тела – все сливалось в единую ауру июньского раннего вечера. Подошва кроссовок плавилась. В этом году произошло удивительное: в городе показывали солнце. Гораздо чаще, чем иногда в четверг из-за облака.

Сначала с Петербургом случилось настоящая, а не календарная весна. Неизбалованные приятными погодными сюрпризами жители расцвели вперед почек. Стали улыбаться как дураки, ходили счастливые.