Убить, целуя

 – Несмотря на то, что были в масках, преступники свидетельницу налета застрелили и раскидали вещи, словно что-то искали. Пропали или нет ценности, до приезда хозяина мы установить не можем.

Петухов наклонился над телом. Женщина лежала навзничь, разметав руки, лицо залито кровью из двух огнестрельных ран на голове. На трупе был надет розовый пышный пеньюар, делавший ее похожей на моток тюля, одна нога обута в тапок, другая – боса. Капитан внимательно оглядел коридор и заметил второй рядом с входом. Затем он вновь обратился к телу хозяйки.

– Похоже, стреляли с близкого расстояния, а ведь тут не "малогабаритка", – слишком глубокомысленно для напарника заметил Михаил Витальевич. – Пули нашли?

– Никак нет, видимо застряли в черепе, – доложил старлей.

– Гильзы нашли. Пистолетные, на "Макарова" похожи. Смерть наступила мгновенно.

– Опять с выводами торопишься, – укоризненно покачал головой капитан. – Сколько раз говорил – не лезь наперед эксперта в тело. Он придет – разберется.

– А я уже тут, здравствуйте, Михаил Витальевич, – знакомый эксперт пожал коллегам руки, натянул резиновые перчатки и принялся ловко осматривать труп.

– Пошли, дальше посмотрим, – приказал Петухов.

Соколов стал показывать дорогу. Поскольку все комнаты выстроились вдоль главного коридора, идущего, правда, с двумя поворотами, заблудиться было сложно. Выбитые взрывом оконные стекла изнутри скрывали жалюзи, но даже снаружи ущерб был малозаметен. Богатая обстановка и следы евроремонта выдавали достаток, а раскиданные всюду вещи наводили на мысль, что погибшая редко занималась уборкой.

Столько тряпок за пять минут не смогли бы разбросать даже четырехрукие налетчики. На квадратной, как ринг, кухне (она и была рингом, пока в квартире жили три семьи) на столе стояла чашка недопитого кофе и остатки завтрака. Нине Викторовне тоже не дали дозавтракать, посочувствовал Петухов и покинул кухню.

– Пропустите, пропустите меня! – раздался в коридоре истеричный мужской голос, и милиционеры двинулись на звук.

 – Что это? Что?.. – В прихожей, выпучив глаза, квадратный, как сейф, мужик в дорогом костюме животом таранил эксперта. – Где Нина? Что с ней?

Эксперт не выдержал напора и отступил.

– Ах, – сказал мужчина, закатил глаза и грохнулся в шаге от тела, – Ниночка…

– Вы – Игнат Петрович? Очень приятно, – выдвинулся вперед Соколов. – Не могли бы вы осмотреть вещи и сказать, не пропало ли чего…

– Он не слышит, – сказал Петухов.

И точно, разглядел Дима.