Вынужденная посадка Ми-17

Но, как я уже тоже говорил, пленных нельзя допускать в Панджи, посему наш пилот совершит посадку на том месте, где от трассы Кандагар – Панджи отходит дорога на Густ. Там всем, включая пленных, следует покинуть вертолет. Пилот перегонит его в Панджи. Группу захвата и пленных будет ждать отряд Первиза Бизани. Редай, он передаст тебе два пикапа, на которых вы вместе с пакистанцами отправитесь в Кандагар. Русских же Бизани вывезет в Густ.

Касари задумался, что не осталось без внимания Хабитуллы.

– Тебе что-то не нравится в плане, Хукам? – поинтересовался главарь.

– А надо ли нам тащить русских в Густ? – спросил помощник. – Это селение подконтрольное нам, но ведь там проживают семьи простых пуштунов.

– Не понимаю, о чем ты. Да, проживают, и что?

– Не уйдет ли оттуда раньше времени информация в Кабул о русских?

– Ты считаешь, что в Густе есть человек, связанный с властями?

– Скорее всего, нет, но…

– Твое предложение?

– Держать русских в Панджи. Это удобнее и в части реализации дальнейших планов.

Если Москва пришлет свой спецназ для поиска и освобождения штурманов, то русским будет сложнее работать в Панджи, чем в Густе. А вот подготовить им ловушку там легче.

– И давно тебя посетила эта мысль?

– Только что.

– Все сказал?

– Да, господин Хабитулла.

– Я обдумаю твое предложение. Завтра праздничный день, молитва. В субботу мы вместе проедем и в Густ, и в Панджи, посмотрим, где надо будет подготовить сюрприз для проклятого русского спецназа.

Касари кивнул.

– Как скажете.

– Все! Можете идти к своим семьям. Тебе, Редай, перед уходом проверить караул.

– Слушаюсь, господин Хабитулла.

– А почему ты все время сидел на корточках, а не прилег рядом с нами?

– Я думал, вы отпустите меня раньше, а основные вопросы обсудите с господином Касари.

– Ты ошибся.

– Я это понял. Караул проверю, не сомневайтесь.

– А я и не сомневаюсь. До завтра. Встречаемся здесь же и следуем в мечеть.

После праздничной молитвы отдых всем кроме караула. В субботу, Хукам, мы едем в Густ и Панджи. Предупреди Берани.

– Так он ваш телохранитель, а не мой, – сказал помощник и усмехнулся.

Он сделал это совершенно напрасно.

Хабитулла резко повысил голос:

– Ты плохо понял меня, Касари?

Помощник поднялся.

– Извините, устал.

– Усталость не повод для подобной выходки. Надо знать свое место. Теперь все понятно?

– Да, господин Хабитулла.