Слесарь

Сам Казах постоянно передвигался с охраной, двумя машинами сопровождения, и подойти к нему было крайне сложно. Возле института Физкультуры Казах проезжал обычно вечером, когда возвращался из офиса собственной фирмы. Сегодня кортеж из двух черных джипов «Ленд Крузер» и его «Мерседес CLS 350», зажатый между ними, двигался неспеша, когда впереди образовалась пробка. Старенький «Форд» подпер сзади «девятку» и перегородил дорогу. С переднего джипа вылез бывший борец вольник Хан, начал орать на двух дебилов, не поделивших дорогу, махать руками.

Хан к своему сожалению не знал, что в старых ржавых колымагах сидят особо опасные рецидивисты Карпат и Лис, которые отмерили ему жить не более минуты. Когда терпение у Хана лопнуло, он угрожающе двинулся в сторону свалки, но тут будто что – то вспомнил и развернулся по направлению к джипу, но не дошел и упал на асфальт. В машинах сопровождения всполошились, мощные тела охранников прикрыли «пахана», остальные вылезли из машин и приготовились вести бой. Но ни вооруженная охрана, ни металл дорогих надежных автомобилей не мог спасти человека, наступившего на пятки Генералу. В восьмидесяти метрах во дворе что – то хлопнуло, в темноте пронесся искрящийся вытянутый предмет и врезался в борт «Мерседеса». Автомобиль подбросило, заряд разорвал изнутри салон, превратив Хана вместе с охраной в изуродованные куски мяса. Те, кто успел выбраться из джипов, попадали на землю, прикрывая головы руками. Слесарь, воспользовавшись суматохой, выбросил использованный корпус гранатомета за старый сарай, стянул с рук строительные перчатки и перелез через забор в соседний двор, потом пробежал метров сто по двору, забрался на гараж и побежал по продавленным крышам. Когда он оказался на параллельной стороне квартала, к месту взрыва летели пожарные машины и милиция, а Слесарь спокойно натянул на голову капюшон, вышел напротив трамвайной остановки, сел в припаркованную неподалеку «Тойоту Витц» и, неспеша поехал на Славянский микрорайон, где его уже ждала жопастая девчонка Вероника. Хана из машины застрелил Карпат, и они уехали на Карасун, где оставили угнанные тачки и растворились в человеческом «муравейнике». Казахстанские «гастролеры» уехали обратно на родину, и позиции Генерала только укрепились. Среди «своих» он стал слыть человеком, решающим проблемы любого уровня. И с жопастой Вероникой в тот вечер все было на высшем уровне блаженства и наслаждения.