Шеф

Не знаю, на какой хер им деньги нужны, но они их любят.

Неубеждённый Олег повернулся к дому.

– Ну, как? – спросила Оксана, щурясь.

– Да так…

– Я ему сто раз говорила – чтоб нажираться с друзьями после охоты и проституток драть, можно было построить одноэтажный. И чуть поближе к Москве.

– Тут, видимо, зверей больше.

– Да, зверья тут немерено, – согласилась Оксана, щелчком метнув окурок в ручей, – особенно в Дни милиции. Загони машину! У меня это не всегда получается без последствий.

Олег загнал. Покинув гараж, передал Оксане ключи.

Смеркалось. Лес над восточным склоном шумел, как море. Захлопнув створки стальных гаражных ворот, Оксана стала их тщательно запирать на оба замка. Олег поинтересовался, зачем на оба.

– Затем, чтобы у нас были лишние пять минут на самоубийство, если мой мент внезапно пожалует, – объяснила Оксана и рассмеялась. – Шучу, шучу! Он до ноября сюда не поедет, у него дел полно.

– Да мне наплевать.

– Заметно! Весь побелел от страха.

– Не за себя.

– За меня?

– За твоего мужа.

– Это напрасно!

Крутя ключи на цепочке, Оксана подошла к другу и больно щёлкнула его по длинному носу.

– Он ведь не просто мент, а омоновец! Рост – два метра, ширина – три.

Олег рассмеялся, хотя смешно ему не было, и они направились в дом. И вот, спустя два часа, под грохот грозы, не думавшей прекращаться, он почему-то вспомнил тот разговор. Ему снова стало не по себе. Он лёг и закрыл глаза. Оксана немедленно оказалась рядом и обняла его. По стеклу стелился сплошной поток, но при вспышках молний сквозь него можно было увидеть гребни холмов, увенчанных соснами.

Громовые раскаты звучали то вдалеке, то над самым домом. Во время длительной паузы между ними Олег вдруг приподнял веки и произнёс:

– На нас кто-то смотрит.

Оксана вздрогнула. Он почувствовал страшный стук её сердца.

– Кто?

– Откуда я знаю?

– Из окна?

– Да.

– Ты меня нарочно пугаешь?

– Нет.

– Тогда это дождь, – чуть слышно, желая скрыть от себя самой паническую нетвёрдость голоса, прошептала Оксана и провела ледяными пальцами по щеке Олега.

Он отстранил её руку.

– Дождь?

– Дождь. За городом он живой. И иногда смотрит!

– У него есть глаза?

– Наверное…

– Я боюсь, колею размоет, – тихо сказал Олег и положил руку на самый низ живота своей собеседницы. Она сразу же успокоилась. Слабо шевельнув бёдрами, усмехнулась и томно проворковала:

– Не бойся, «Ниссан» пропрёт!

– А у твоего мужа есть внедорожник?

– Конечно, есть.