Шеф

Но по её лицу, обрамлённому тёмно-русыми волосами, Олег заметил, что ей не меньше лет, чем ему: около рта – складка, в глубине глаз, огромных и синих – мёртвая пустота, прогрызенная годами.

– Куда пойдём? – спросил он.

– Как куда? Венчаться!

Тут за оврагом вдруг раздалось церковное пение, зазвонили колокола. Женщина тянула Олега к пропасти. Он упёрся, панически возразив:

– Мне нельзя венчаться! Никак нельзя! У меня есть жена… И дети!

– Не беспокойся. Они умрут, едва мы приблизимся к алтарю.

Возмущённо ахнув, Олег решительно вырвал руку из её пальцев.

Тогда она усмехнулась и начала отступать к обрыву.

– Стой, упадёшь! – заорал Олег. Она захихикала, показала ему язык, а потом поставила ногу на пустоту, и – пошла по ней, как по полу, над гулкой пропастью, жестами призывая его последовать за собою. Он не отреагировал, потрясённый. Тогда она вдруг застыла и приложила палец к губам. Колокола смолкли. Пение смолкло. Дождь прекратился.

– Иди сюда!

Не голос это был – ветер. Олег мотнул головой.

Невеста ощерилась, как волчица, однако сразу опомнилась, и её глаза засветились нежностью.

– Там, внизу, ребёнок какой-то бегает, – не замедлил Олег воззвать к её столь внезапно проснувшейся доброте. – Случайно, не твой?

Она не ответила. Её взгляд был уже направлен не на Олега, а на того, кто стоял за его спиной. Олег обернулся бы, но его внезапно потряс этот её взгляд – тревожный, растерянный, умоляющий.

– Я тебя где-то видел! – воскликнул он, проводя ладонью по лбу. – Абсолютно точно! Кто ты такая?

– Так будет лучше, – тихо, но твёрдо произнесла невеста, вернув глазам спокойное выражение.

Её пальцы, стискивавшие свечку, выпрямились. Свечка полетела на дно оврага, не взяв с собою свой свет. Синеватый, мертвенный, едкий, он трепетал вокруг девушки, как лоскут тончайшего шёлка. Не отрывая глаз от Олега, она рванула на груди платье. Раздался треск, и грудь обнажилась. Она была хороша, но не до неё вдруг стало Олегу. На шее девушки он заметил след от верёвки.

– Что ж ты стоишь? – страдальчески прошептала ночная странница, вскинув голову.

 – Разве есть во мне какой-нибудь недостаток?

– У тебя слишком длинная шея, – съязвил Олег. Девушка обиженно заморгала. Мгла раскололась молнией на полнеба, и Олег ясно увидел за пропастью, посреди долины, со всех сторон окружённой лесом, большую белую церковь с золотым куполом без креста. Около неё кто-то был.

Темнота вернулась без незнакомки. Гору всколыхнул гром, потом наступила мёртвая тишина.