Наездник Ветра

– Ах, я забыл в корабле кальян! – спохватился тот, – а мне без него нельзя!

– Ради Бога, – яростно прошипел ему на ухо Лев Мелентий, – неужто ты полагаешь, что в этом городе мало такого рода предметов?

– Откуда я могу знать? Мне кажется, что здесь нет ничего хорошего!

Даже не посмотрев на толпу, следившую за ним издали, Калокир обвёл взглядом безлюдный рынок и захотел по нему пройтись. Достаточного размера мешок отыскался сразу. Его понесли за юношей двое слуг.

Ни гончарный ряд, ни суконный ничем не смогли пленить Иоанна.

Минуя шёлковый ряд, он бросил в мешок несколько камзолов, расшитых золотом, и атласные шаровары с карманами, соответствующими его характеру. Оружейный ряд совсем не утяжелил мешок, но зато на поясе юноши появился дамасский меч с резной рукоятью, украшенной изумрудом. Золотой ряд, как легко можно догадаться, заинтересовал молодого человека до чрезвычайности.

– Я всё помню, – хрипло сказал он слугам, тащившим за ним добычу, – каждую вещь, кинутую в мешок! Не рассчитывайте, таким образом, взять хоть что-нибудь из мешка! Можете брать с прилавков, если хотите.

За ним наблюдали и перешёптывались.

– Магистр, да сделай же что-нибудь! – шептал на всю площадь в ухо несчастному Льву Мелентию Алексей Диоген, который умел низко наклоняться для подтверждения несгибаемости, – ведь это же стыд и срам! Попробуй его чем-нибудь отвлечь, что ли!

– Его? От золота? Ты что, шутишь? Да ладно уж, попытаюсь.

Жестом утихомирив торговцев, которые начинали тихо роптать, логофет направился к Иоанну.

Тот уже ошивался с мешком и слугами по парчовому ряду.

– Я хочу знать твоё мнение вот об этой вещице, – вяло обратился он к логофету, заставив слуг разложить перед ним на земле персидский ковёр, – не слишком ли он вульгарен для городского жилища, как ты считаешь?

– Нет, я бы не согласился с такой оценкой, – пожал плечами сановник, – ведь у эпарха в спальне висит такой же. А некоторые считают эпарха не очень глупым.

– Ты издеваешься? – вскинул голову Калокир. В ответ на это магистр ещё раз пожал плечами, будто бы уклоняясь от явной категоричности, но затем всё же произнёс довольно лениво:

– И в мыслях такого нет.

– Может, то была покупка его жены? – вцепился в соломинку Иоанн.

– Не исключено.

– Так это меняет дело! Его жена молода, красива?

– Шестьдесят лет.

– Это просто прелесть, – стремительно огляделся по сторонам Калокир. Затем повернулся к слугам, – выбросьте к чёрту этот мешок! Магистр, я твой должник.