Кубыш-Неуклюж

Кроме двух вышеупомянутых персонажей, его морально поддерживали, а материально душили двое его земляков – Надир и Заур, а также и местные подзаборники, имён коих Света не знала и не желала знать. От Серёжки тоже пахло водярой. В его руке был стаканчик. Жоффрей не пил, но закусывал. Он ел киви и ананасы, не обращая внимания на эмоции проходивших мимо людей. Они улыбались, глядя на лопоухого пса, который поглощал фрукты, как обезьяна. Многие его даже фотографировали. И было очень заметно, что за последние двое суток он перестал быть толстым.

– Серёжка, ты позвонил Ирине? – спросила Света, взяв своего соседа за воротник и грубо встряхнув. Серёжка молча кивнул. Он так посмотрел на Свету, точнее – мимо неё, что ей стало больно. Её рука опустилась сама собой.

– Что она сказала?

– Она сама позвонила мне, – уточнил Серёжка, как будто эта поправка была важна.

– Что она сказала?

– Мастоцитома.

– Переведи, пожалуйста. Я не врач.

– Это онкология. Очень злая.

Эти слова услышали все, кто был около прилавка.

И все притихли, включая трёх покупателей, незнакомых вовсе с Жоффреем. Алкаш по имени Юрик, который разливал водку по пластиковым стаканчикам, отвернулся.

– Жоффрея не отдадим, – проговорил Эдик, кладя в пакет мандарины, – он обязательно выздоровеет. Клянусь! Я никаких денег не пожалею.

– Когда ты к ней собираешься? – вновь пристала Света к Серёжке.

– Прямо сейчас, – сказал тот, выбросив стакан, – мы с Катькой поедем, она уже где-то рядом.

– Дурак! Зачем ты напился?

– Я не напился, я выпил.

Света присела перед Жоффреем на корточки. Оторвавшись от киви, он с удивлением посмотрел на неё своими дурашливыми глазами и заморгал. Она стала его гладить. Он начал хрюкать. Обычный шум около прилавка возобновился. В эту минуту перед подъездом затормозил чёрный «Ситроен С-4». Из него вышла блондинка в сером пальто – рослая, как Света, но чуть потоньше и поизящнее. Оглядевшись, она направилась к Эдику. Света сразу её заметила. И Жоффрей мгновенно её заметил.

Он поджал уши, наклонил голову и затрясся. Его глаза стали ещё больше, ещё дурашливей. А когда блондинка окликнула его издали, с ним случилась истерика. Он отчаянно завизжал и бросился ей навстречу, таща за собой Серёжку.

Света стремительно шла к подъезду. Она ни разу не обернулась. Запах духов владелицы «Ситроена», которая вскользь задела её рукой на узкой дорожке и извинилась, вызвал у неё рвотный рефлекс.

Рита была дома. Но она громко стонала.