Другой глобус

– Произведение… хм… ну, в общем, документ, о котором у нас идет речь, – не первый, написанный Камиллой. Первым был трактат «О будущем», написанный за несколько лет до этого. Он не сохранился, но сохранились протоколы допросов Камиллы инквизиционным судом, в которых прямо говорится о нем. Дело вполне могло закончиться костром, но закончилось только сожжением самого трактата – в пользу Камиллы выступили два свидетеля, приглашенные судом. После этого ей и пришлось «спрятаться» в монастыре.

– Где она написала новый трактат, – Асланов улыбнулся.

 – Взялась за старое? Вот неуемная баба, чего на рожон-то лезть было, сидела бы уже тихо…

Эдвард промолчал.

– Но это ведь не доказывает ее авторства той рукописи, о которой мы говорим, и ее содержания? – в голосе миллиардера снова послышалась тревожная интонация.

– Я и сказал, что доказательства косвенные, – сухо ответил Чехович. – Но именно благодаря им, так считалось – и тогда, и теперь.

Асланов сидел, слегка нахмурившись и, похоже, что-то считал в уме или обдумывал какую-то идею.

Чехович даже не был уверен, что олигарх слышал, что он только что ему говорил. Затем, словно закончив свои вычисления и приняв решение, он спросил:

– А вы не знаете, как эта рукопись оказалась в Стэнфорде?

– Почему же не знаю… – Чехович даже растерялся. – Знаю, конечно. Ее подарил университету немецкий художник Герхард Клосс.

– Не слышал про такого… А у него она как оказалась?

– Вы не поверите – опять попытался сыронизировать Эдвард, – он нашел ее в тайнике дома, который незадолго до этого купил.

Асланов, кажется, и вправду не поверил. Помолчав несколько секунд, он пробормотал:

– Хм… Дом купил, рукопись подарил… Затем, видимо, все-таки одолев эту трудную для его понимания «двухходовку», спросил:

– Он что, действительно был известный художник?

– Да, очень известный, и не только в Германии – подтвердил Чехович. Он эмигрировал в Штаты перед самым приходом Гитлера к власти, был избран членом Американской академии искусств и литературы, преподавал, много выставлялся…

– Ну что ж, тем лучше – сказал Асланов, подумав вероятно о чем-то своем.

 – Скажите, вы ведь наверняка знаете тех специалистов, которые уже пытались расшифровать этот документ – как вы можете их оценить? Они действительно лучшие?

Разговор становился интересным. Чехович начал догадываться, к чему клонит собеседник.

– По крайней мере, два из них были в числе самых авторитетных криптологов своего времени – сказал он.