Другой глобус

Судьей этого диспута решил стать сам король, Яков Арагонский. Спорили четыре дня, и в конце диспута король не только присудил победу Нахманидесу, но и выдал ему денежный приз, заявив, что никогда не видел, чтобы кто-то защищал явно неправое дело с таким искусством и благородством. Но главное – король перед началом диспута, понимая, что Нахманидес будет стеснен в приведении своих доказательств, предоставил ему полную свободу слова.

– Какой благородный король, – сказала монахиня с подчеркнутой иронией.

– Ну да – усмехнулся магистр.

Оба замолчали. Эхо шагов учителя только подчеркивало стоящую в капелле тишину. Но через мгновение ее нарушил звук колокола, зовущий монахинь к утрене.

– Тайная вечеря перешла в тайную утреню – улыбнулся он. – Что ж, пора расходиться.

Подошел к оставленному на скамье кодексу, кивнув на него, спросил:

– Об этом кто—нибудь еще знает?

– Боюсь, что да – опустив глаза, ответила она.

Магистр вопросительно поднял брови.

– Когда я писала, то каждый раз, отлучаясь из своей комнаты, прятала пергамент в тайник, где его никто не мог бы найти, даже если бы искал. Но один раз по рассеянности я оставила его на столе. Когда вернулась, поняла, что кто-то заходил в комнату и видел рукопись, и даже листал ее. И кажется, даже рассказал о ней аббатисе.

– Почему ты так думаешь?

– Как—то странно она на меня смотрит после этого. Или, может, мне только так кажется…

– Плохо. А если прямо спросит, что скажешь?

– Скажу, что играла в слова, составляла головоломки.

– Да, – подтвердил магистр, – гораздо меньше, чем ложь… Что ж, – добавил он, имея в виду уже явно кого—то другого, – сами виноваты… В любом случае, книги нет – и доказательств нет. А книги – он взял со скамьи кодекс и спрятал его под жакетом – действительно больше нет.

– Спасибо, учитель.

– Учитель у нас один – улыбнулся он. – А мы все – ученики. Прощай! – Повернулся и пошел к выходу.

– Еще одна просьба, магистр! – крикнула монахиня ему в спину. Он обернулся.

– Да?

– К вам скоро может прийти человек и спросить про книгу…

– Что за человек? Тот кто видел ее у тебя?

– Нет… Мужчина. Вы узнаете… Отличите его от других. Если он попросит отдать ему книгу – отдайте. Это добрый человек.

Он продолжал смотреть на нее, прищурившись, будто решая в уме какую—то сложную задачу. Потом, видимо, решив ее, коротко сказал:

– Хорошо!

И ушел.