Тайна двух океанов. Победители недр (сборник)

– Что это может значить? – спросил капитан.

– Разумеется, бред и больше ничего, – сказал Горелов.

– Да, скорее всего, – согласился зоолог, растирая грудь Марата. – И это заставляет меня опасаться, что у него сотрясение мозга. Вероятно, от электрического удара перчаткой осьминог в предсмертной конвульсии швырнул Марата на стену корабля. Во всяком случае, ни я, ни Скворешня кашалота не видели.

В госпитальный отсек вошел океанограф Шелавин.

– Вы о кашалоте? – спросил он, посмотрев сквозь криво сидящие очки на зоолога.

– О каком кашалоте вы говорите, Иван Степанович? – спросил зоолог.

– Да о том самом кашалоте, который промчался надо мной, как сумасшедший, перепутал все мои шары, сорвал с места буй с батометрами… Вообще испортил всю мою сегодняшнюю работу по изучению течений. Он так несся, как будто чувствовал себя на гарпуне.

– Когда вы его видели? – быстро спросил капитан.

– Часа три назад.

– Где вы были в это время?

– На гидрофизической станции номер три, глубина триста метров, в восемнадцати километрах к юго-востоку от базы.

– Какого направления он держался?

– Точно: с норда на зюйд.

– Как раз по направлению от поляны осьминогов к станции номер три! – с удивлением сказал зоолог. – Может ли это быть простым совпадением?

В это время Марат глубоко вздохнул и медленно открыл глаза.

– Я отлично… ясно видел. Павлик висел… на боку кашалота. Кашалот пронесся над нами… не более чем в десяти – пятнадцати метрах… На его спине… у головы… торчал обломок гарпуна.

– Верно! – вскричал, разводя руками, Шелавин. – Абсолютно верно! Торчал! Действительно, обломок торчал! Значит, мы видели одного и того же негодяя.

– Но почему же, в таком случае, вы не видели Павлика на боку кашалота? – взволнованно спросил зоолог.

– Кашалот мог пройти мимо Ивана Степановича не тем боком, только и всего, – сказал капитан, думая в то же время о чем-то другом.

– Что же теперь делать? Бедный мальчик! – прошептал зоолог, сжимая в кулаке свою бороду. – Бедный мальчик…

– Не может быть, конечно, сомнений: он уже давно погиб, – заметил Горелов.