Альтернативные рассказы

Двадцать четыре

Двадцать четыре. Ровно столько детей было в школьном автобусе, что ехал по дороге в сторона Города. Все дети были знакомы друг с другом с раннего детства и никто никого никогда не обижал. Наоборот, они были друг за друга горой, даже к временным одноклассникам, таким как Виктор, которого отец привез на полгода, относились с теплотой. Виктор, пускай и был полукровкой, но он был им другом. С теплом относились и к Джоди, несмотря на то, что девочка явно была больна и достаточно замкнута, чтобы не общаться ни с кем.

Двадцать три. Ровно столько дней Джоди и Виктор дружат. Впрочем, дружба была относительной: дети были ровесниками, ходили в один класс, а Джоди всегда отдавала Виктору половину своего обеда, позволяла ему дотрагиваться до руки и обнимала его. Виктор уже умел успокоить Джоди, когда та теряла самообладание или становилось слишком шумно.

Двадцать два. Ровно столько минут до трагедии. Водителю показалось, что лопнуло колесо и ему пришлось остановиться, чтобы проверить.

Двадцать один. Ровно столько миль было до границ Города. Дети не добрались до родных земель, а родители не дождались детей с экскурсии, на которую не хотели отпускать.

Двадцать. Ровно столько минут прошло до того момента, как на автобус напали.

Четырнадцать. Ровно столько осталось в живых. Водителя убили двумя точными выстрелами в голову, двух учителей, что пытались защитить детей, убили также, как и трёх старшеклассников, которым было всего по семнадцать и которые обратились в волков, чтобы защитить младших.

Тринадцать. Ровно столько месяцев велись поиски пропавших детей. Родители отказывались верить, что их дети не вернутся. Общая трагедия заставила Город закрыть границы, настороженно относиться к каждому.

Двенадцать. Ровно столько камер в подвале заброшенного дома было оборудовано. Джоди повезло – её камера была рядом с камерой Виктора. Дети не могли часто общаться друг с другом из-за Джоди, но оба знали, что рядом.

Одиннадцать.

Ровно столько пыток перенес Виктор, который родство с вожаком взял на себя, защитив Джоди, понимая, что та сломалась бы быстро. Джоди понимала, что творится что-то очень плохое, но не могла и представить, через какие муки проходит лучший друг. От мальчика требовали информацию, которую он не знал. Да и Джоди знала лишь из-за того, что слишком часто проводила время в кабинете своего дяди, невольно запоминая то, что особо интересовало.

Десять.