Эйдолон

– Сейчас?

– Особенно сейчас.

Ильдико смирилась со своей судьбой и вернула свитки Месуменису.

– Я скоро снова присоединюсь к вам, – пообещала она и прошла мимо Анхусет на выход.

Девушки вместе пересекли галерею, направляясь к особняку. Люди, скот и повозки теснились на открытом пространстве. Каи ходили с мрачными лицами: недавнее веселье было позабыто из-за вестей о галлу и возможном падении Харадиса. Навалившаяся на всех работа стала своего рода спасением. Иначе страх нашел бы благодатную почву в праздных умах.

Ильдико бросила недовольный взгляд на Анхусет.

– Мне нужно осмотреть еще дюжину кладовых и четыре амбара вместе с Месуменисом, не говоря уже о поиске дополнительного помещения для наместника, двух мэров и их семей. Ты ездишь в патруле, координируешь гонцов и разведчиков. Обучение борьбе на палках – блажь, на которую ни у кого из нас нет времени.

Анхусет продолжила гнуть свою линию:

– Пока я в Саггаре, мы тренируемся. Никаких оправданий.

– Это веские причины, а не оправдания.

Анхусет едва заметно улыбнулась, и они вдвоем вошли в дом, а потом в маленькую комнатку без мебели на третьем этаже. Ильдико переоделась в брюки, рубашку и надела подкладку.

Посмотрев на себя, а потом на Анхусет, она нахмурилась. Неважно, как часто ей приходилось так одеваться, Ильдико не могла привыкнуть к своему виду. Она походила на черепаху: громоздкую, неуклюжую и медлительную, – в отличие от своей учительницы, которая носила подобный наряд как вторую кожу и двигалась с плавной грацией кошки.

Ахнусет развязала связку палок и протянула две Ильдико: силабат – длинную палку почти в ее полный рост, и седикет – где-то вполовину короче силабата.

– С какой предпочитаешь начать?

Когда они только начали тренироваться, Бришен лично хотел обучать жену боевому искусству гатки или борьбе на палках. Ильдико с Анхусет вдвоем воспрепятствовали этому.

– Ты будешь с ней чересчур нежен, – заявила Анхусет.

– Стоит тебе меня хоть раз задеть, и тренировки на этом закончатся, – вторила ей Ильдико.

Бришен так легко не сдался и выдвинул контраргумент:

– Если за обучение возьмется Анхусет, ты можешь не пережить первого урока. А я не хочу казнить любимую кузину за то, что она убила мою жену.

Лишь после возмущенных возгласов сестры и множества заверений Ильдико они смогли убедить его отказаться от роли наставника.