Кедровая долина

“Теперь вы знаете все, сеньор Стенли, – сказала Мари, и руки ее сложены на груди, и на лице написаны скорбь и покорность судьбе, – мне больше не надо умалять вас покинуть меня. Ваше лицо вполне красноречиво. Сожалею, что слишком долго химера казалась мечтой. Всякий раз, вспомнив, кто я есть, вы испытаете облегчение – слава Создателю, все позади!”

“Никогда, никогда! – горячо вскричал Стенли, – о, возлюбленная! Я зову тебя в мою страну. Там никто не знает тебя. Голоса крови и веры не слышны в буре вечной любви! Король Эдуард примет с миром меня, если вернусь я в Англию.

Я готов жить под его властью, только будь моей!”

“А мой отец? – задыхаясь, вымолвила Мари, покоренная благородством и пылкостью его чувства, но непреклонная по-прежнему, – ты защитишь его, ты согласишься стать ему сыном?” Артур отвернулся, из горла его вырвался стон. “Нет, эта пропасть слишком широка. Более не приводи резонов и не испытуй слабое сердце мое. Я боготворю твою высокую любовь, но не посмею стать твоей невестой!”

“И ты говоришь мне о своей любви? Ложь! – вспылил Стенли и в горячке разочарования и гнева не удержал упреков, – ради тебя я решился оставить великодушную Испанию и вернуться под пяту тирана, я почти провозгласил убеждения людей предубеждениями их, я не погнушался соединеньем благородной крови моей с мутным током в твоих жилах, я приготовился забыть твое происхождение! Все ради обретения твоей любви! В ответ ты гонишь, требуешь покинуть и забыть! Нет, ты не любишь меня, ты, верно, любишь другого!”

“Твои речи отрезвили меня, – продолжила бестрепетно Мари, – слушать попреки в несчастье тяжелее самого несчастья.

Я упивалась своею страстью и своим страданием и позабыла нечто великое. Это долг, и это любовь, которая сильнее любви к тебе. Всего превыше вера отцов!”

Воцарилось недолгое молчание. В волнении Стенли шагал взад и вперед, пытаясь угомонить бунтующее сердце. Удар был слишком неожидан. Год минул, как Артур был призван в войско, и Мари поспешно покинула гостеприимный дом дона Альберто.

Она молила судьбу никогда впредь на сводить их вместе и погасить огонь взаимной любви. Ей казалось, что если и случится встреча, решимость легко возобладает над гонимым чувством. Но, вновь увидав любимый облик, поняла, как ошибалась.

“Я послушаю твоего слова, Мари, – сказал, наконец, Артур, – я оставлю тебя сейчас, но не навсегда. Нет, не навсегда! Если есть в сердце твоем истинная любовь ко мне, время не одолеет ее.