Первое задание агента Девять

– Но если бы он узнал, что мы помогаем друг другу, мы оба остались бы без работы, а я не могу позволить себе так рисковать.

– Я тоже не могу прямо сейчас, – признал Талли, – но я надеюсь скоро заняться чем-нибудь получше. Здесь недостаточная плата для парня с моими мозгами и способностями.

– Я признаю, что за это платят не так уж много, – ответил Боб, – но в наши дни человеку нужно есть.

– Когда-нибудь я буду работать в Министерстве юстиции, – определенно сказал Талли.

– Я думаю, что так и будет, – согласился Боб. – У тебя есть решимость продолжать в том же духе, пока ты этого не сделаешь.

Чего он не добавил, так это того, что дядя Талли сделает все, что в его силах, чтобы Талли получил повышение, и ни для кого не было секретом, что у Кондона Адамса были влиятельные политические связи, которые могли бы помочь Талли попасть в бюро расследования.

Дверь

Талли был в разговорчивом настроении, и в такие моменты он проявлял приятную индивидуальность. Это был один из таких случаев, но Боба это более чем немного раздражало, потому что у него была работа, и каждая минута, проведенная в разговоре с Талли, означала дополнительное время за его столом.

– В последнее время у меня было странное чувство, что здесь все напрягается, – сказал Талли. – Даже сегодня вечером эта комната кажется мне не совсем подходящей.

– Это ветер и дождь, – сказал Боб, отрываясь от своей работы. – Когда завтра выглянет солнце, ты почувствуешь себя намного лучше.

– Я не знаю. Скажи, Боб, ты не слышал о чем-нибудь особенном? Возможно, от инженеров поступит что-то необычайно важное.

Боб не мог честно сказать "нет", поэтому он дал неопределенный ответ.

– Всегда есть разговоры, – сказал он.

– Конечно, я знаю, но на этот раз все по-другому.

– Что, например?

– В том-то и дело, – признался Талли. – Есть только смутные разговоры; ничего, на что можно было бы указать пальцем.

– Я думаю, они хорошо скрывают это, – сказал Боб, который был полон решимости прощупать Талли и узнать, как много знает другой клерк.