Темный Союз

Голос не появился, но он и не нужен, ему и так ясно – получилось! Ощущения от прикосновения к поверхности ящика начали угасать, конксурия пожирала обладание клетки. Варлаг открыл глаза.

– Варлаг, что-то происходит!

– Точно! – Донесся голос редринки из ящика. – Продолжай.

В том месте, где секунду назад поверхности касалась ладонь молодого конксура, образовалась небольшая прореха, в ней он увидел глаза пленницы – те же завораживающие желтые угли. Ничего более, – дыра не расползалась дальше. Варлаг представлял, как ящик растворится или хотя бы одна из его стенок исчезнет, но нет.

Еще им стало ясно – толщина стенки – в половину ладони, пробить ее грубой силой или даже другим обладанием не представлялось возможным. Разве что, при помощи эскуры… Его собственное мастерство в поглощении потребовало бы многих тренировок. А вот эскуридов, владеющих обладанием настолько, чтобы разрушить ящик-тюрьму, еще и не убив при этом того, кто внутри – на свете нет.

– Я попробую кое-что… – Фидес опасливо кончиком фаланги коснулась воздуха, где только что их разделяла стена из металла. Чего-то опасного или страшного так и не произошло. Она смогла высунуть руку с длинными и заостренными ногтями (или когтями, раз так).

Фер и Варлаг, не отрываясь, смотрели на нее точно зачарованные. От скрежета когтей, задевающих металл, по всему телу у обоих пробежали мурашки.

– Вот.

Фидес сжала кулак, ее ладонь вместе с куском хлеба исчезла в темноте, как и – почти сразу же – дыра. Варлагу удалось развеять обладание на минуту, не более. Но и это успех – он воззвал к силе, а та откликнулась, позволив ему совершить желаемое.

– Успела убрать вовремя! – отозвалась девушка.

– Что ж, мы придем еще и принесем что-нибудь, – подытожил Фер. – Теперь мы знаем, Варлаг сможет открыть эту клетку. Если сделать дыру чуть больше, то ты сможешь выбраться…

– Если ты этого, конечно, хочешь, – добавил принц.

– Больше всего на свете! – Хотя бы ее признание вырвалось на свободу.

– Я постараюсь в следующий раз, – сказал неуверенно Варлаг. Только вот тренироваться, кроме как на этом ящике, ему негде.