Мальформ

Еще он добавил, что если нужны красные цветы, тогда ему бы не помешал в таком случае мальформ со способностями, позволяющими им менять окрас. Из дальней комнаты со стеклянными дверьми слышался треск, кто-то явно состригал стебли, судя по звуку – клешнями или чем-то подобным. Среди света и всевозможных букетов показался насекомовидный силуэт.

Мальформ цветочника сказала, что в таком случае ему следует найти себе кого-то еще. Тон ее мог бы принадлежать ворчливой жене. Ване усмехнулся про себя, тепло глянув на Ио, который изучал нежные лепестки лилий.

Нет, лилии не то, что нам нужно. Это цветок свадебный или похоронный. Он не настолько превосходно разбирался в значениях различных подарочных правил, но все-таки кое-что знал.

Выбор… Говорят, он есть всегда, но, к примеру, мальформы – не перчатки, чтобы менять их с определенной регулярностью, а их способности уж точно нельзя определить заранее до явления в Непервозданный мир, развить – да, но вот выбрать – такого не предусмотрено.

Перекраска цветов стала бы одним из самых бесполезных умений в таком случае.

Другое дело, когда можно нанять мальформа или ренвуара с необходимыми тебе навыками.

Человеческой природе свойственно желать большего и лучшего, даже если у тебя уже все имеется. Не секрет, некоторые ренвуары желали бы все изменить, но к их числу Уинтроп не относился. Он бы ничего не стал переделывать, даже если бы ему такую возможность предоставили. Ио – тот, кто ему нужен, и только он.

У Ване уже кружилась голова от сладостного запаха, который смешивался с ароматом Ио.

Его он тут ощущал еще явственней и ярче.

Наконец выбор их пал на букет желтых тюльпанов. Ване вспомнилось, что Эдит Милтон любила желтый… Возможно, сейчас ее вкусы изменились, прошло уже слишком много лет. Но подобный подарок выглядел весьма дружелюбно и уместно, без намека на романтику и любовные порывы. Вряд ли она помнила про их первую и последнюю встречу, но в его памяти всплывающими утопленниками забарахтались неприятные воспоминания. И ему хотелось бы извиниться за тот случай, коль им вновь предстоит повидаться.

В глубине души Уинтроп надеялся, что юная ренвуар не вспомнит ни его самого, ни его проступок. А если и всплывет это воспоминание на поверхность, то та сможет его простить.

Цветочник завернул все в красную бумагу, подметив: такое сочетание весьма подходит для новой ренвуар, с которой даритель не слишком близко знаком. Красное имеется? Имеется. А такой акцент также поведает о прекрасном вкусе и свежести идей.