Демон в полдень

Обозрел нашу живописную группу, особенно сконцентрировав внимание на моей надутой мордахе, а после быстро двинулся нам на встречу. Я же, наоборот, замедлилась, размышляя, что и как ему скажу. Нужно было не только высказать другу все, что я думала о его сомнительном методе подбора кадров, но и сообщить важную информацию. Причем так, чтобы она не достигла посторонних ушей. Сашке я доверяла, а вот этим «пятнистым» мальчикам – не очень. Точнее, вообще нет.

– Мне надо с тобой поговорить, – заявила я прямо, как только мы поравнялись, не став мудрить.

– Мне с тобой тоже, – друг бы предельно серьезен и сосредоточен.

Я вопросительно выгнула бровь, а после выразительно скосила глаза в бок.

Сашка прищурился и только открыл рот, чтобы что-то сказать, как его перебили.

– Она намекает, что ей не нравится наше присутствие. И вообще мы ей не нравимся, – заявил насмешливо Игнат.

Я едва не застонала в голос. Ненавижу телепатов, вот просто ненавижу!

– Я знаешь ли тоже особой любви к суккубам не питаю, – продолжил все тот же Игнат, высокомерно растягивая гласные.

– Можно я его убью? – спросила я с неподдельной надеждой в голосе, глянув на Сашку.

Друг лишь покачал головой и взглянул на парней поверх моей головы. Игнат мгновенно заткнулся, а после мимо меня поспешно прошествовали три фигуры.

Сашка проследил за ними взглядом и как только они скрылись в здании, повернулся ко мне.

– Ты знала? – его вопрос прозвучал как обухом по голове.

– Что знала?

– Что они умрут – ты знала? – с нажимом в голосе спросил Сашка и с видом испанской инквизиции сложил руки на груди. – Учти, детка, если ты предвидела их смерть и намеренно утаила эту информацию – тебе же будет хуже. Да, я позвал тебя сюда в качестве одноразовой помощи, но если ты будешь вставлять мне палки в колеса, то лучше тебе вспомнить, что ты сейчас в полной моей власти.

– Эй, эй, эй! – замахала я на него руками, отступая на шаг назад. – Я не провидица и ясновидением никогда не страдала, о чем тебе известно лучше других. И потом, кто умер, когда умер? Я ничего не поняла!

Друг с недоверием воззрился на меня и только потом удосужился спросить:

– А о чем ты хотела поговорить?

Я с досадой потерла лоб.

– Уже не знаю, стоит ли тебе это говорить или нет.