Демон в полдень

Слегка приподнявшись я увидела, как Сашка едва взглянул на сержанта и турникет перед нами беспрекословно распахнулся, жалобно пискнув механизмами. Я лишь оторопело молчала и хлопала глазами. А вот бойцы даже не пытались спрятать ехидные улыбочки, провожая нашу скромную компанию взглядом. Я же оперлась локтем о Сашкину спину и подперла кулаком щеку, обреченно размышляя о том, какие непростые дни мне предстоят.

Саня словно услышал мои мысленные разглагольствования, а потому подбросил на плече от чего я ощутимо ударилась ребрами о его железобетонную спину и негромко заявил:

– Даже не думай применить свои способности где-то вне рабочих целей.

Ты здесь будешь под постоянным надзором, так что шансов на глупости у тебя ноль целых фиг десятых. Поняла?

В последнем слове слышалась не просто угроза, а что-то большее. И я поспешила подтвердить собственную понятливость:

– Не дура я. Хоть какие-то извилины, но имеются.

– Угу, то немногое, что еще не успело заспиртоваться, – буркнул Сашка, сопроводив свои слова очередным шлепком по моим выдающимся областям.

– Ты – бог комплимента, – вяло отмахнулась я и зевнув, с наслаждением прикрыла глаза, чтобы тут же провалиться во тьму.

Проснувшись, я обнаружила себя лежащей на кровати поверх тонкого застиранного одеяла серого цвета. Голова моя покоилась на подушке, похожей на старый блин, который лишь по случайному недоразумению причислили к категории постельных принадлежностей. Наволочка отсутствовала.

Впрочем, как и простыня. Сразу под одеялом просматривался старый в синюю полоску матрац, наполнитель которого от тяжелой жизни сбился в несколько жестких комков.

Я застонала от боли в спине, вызванной не только неудобной позой, в которой проснулась, но и отвратительными условиями, предоставленными для отдыха. Постанывая и покряхтывая, словно немощная бабулька я приподнялась на локтях, а после села. Подо мной скрипнули металлические пружины. И я, не веря услышанному, медленно наклонилась, заглянула под койку и увидела сетчатый каркас.

Тихое ругательство, произнесенное сквозь зубы, выразило степень моего удивления. Неужели подобные раритеты еще где-то сохранились?

Покачав головой, я опустила ноги на пол и встала, тут же об этом пожалев. Мир оказался весьма нестабильным. Или нестабильной была я? Перед глазами расстелилось темное полотно и стало тяжело дышать. Воздух ощущался каким-то тяжелым, словно давящим к земле.