Цепи Фатума. Часть 1

 – Иоланта положила руки им на плечи и повела прочь. – Скоро угомонятся.

Ричард подхватил мешок, и все трое покинули кухню.

– Пойду, посмотрю, как там наши гуси поживают. Выберу одного на праздник…

– Мам, ведь льет же.

– Так я не растаю, дорогой. Проветрю голову заодно. – Накинув плащ, она засеменила к дверям.

– Вейа, следи за языком, будь добра. – предостерег Ричард, пока они поднимались на второй этаж.

– А что я такого сказала?!

– Что уйдешь в послушницы.

– Да не из-за этого они сорвались! Когда я вернулась, оба уже, видать, пособачились из-за этой треклятой лавки или еще чего… и сидели надувшись.

Ты застал тлеющие угольки.

– А ты капнула маслом.

Она протяжно вздохнула.

Ричарду не нравилось разногласие, поселившееся в их доме. Ведь они всегда жили дружно… ну, до ухода Эрика. А теперь, всякий раз, стоит слово сказать, отец и тетя лаются.

Вместе с Вейей они поднялись в его довольно просто обставленную спальню: в углу примостился большой сундук, подле – стол, заваленный книгами и свитками, у двери к стене крепилась вешалка, на одном из деревянных крючков, среди одежды, висел лук и колчан со стрелами (в последний раз он пользовался им той весной).

На полках все еще стояли деревянные лошади и солдатики (каких-то вырезал Ричард, других – отец и Эрик), если честно, он уже не помнил, когда хотя бы вертел их в руках, ведь стал слишком взрослым для подобных забав, но никак рука не поднималась запихнуть игрушечное войско в ящик или раздать ребятне.

– Так ты не пойдешь со мной? – Ричард повалился на кровать.

– Не хочу расстраивать маму, ей и без того тяжело.

– Ну тогда давай что-нибудь почитаем до того, как я уйду… – предложил брат. – Бабушка Мораг дала мне пару книжек для Ильды.

Он извлек из сумки несколько книг разного размера и в разных обложках.

– Да, нужно немного отвлечься… – Вейа взяла в руки увесистый том в черном и немного облезлом бархате. – Хм, “Сердечное прости”… – пробормотала она, раскрывая книгу и пробегая по страницам, которые перелистывала, будто в поиске того самого прощения из названия.

 – Хм, думаю это любопытно, – заключила она, вернувшись к началу.

– Или грустно, – добавил Ричард, уткнувшись в еще один любовный роман с названием “Фиалки пахли сиренью”.

Все они одинаковы, любимые романчики Ильды, – сначала героев ждало счастье, а потом оно оказывалось мнимым. Все эти страдания длились добрую половину сочинения, а затем все снова радовались, но уже по-настоящему, еще более, чем прежде.