Цепи Фатума. Часть 1

Но царица проводила рядом с громадой кристаллов почти все время… Она стала хранительницей камня и распорядительницей утраченной силы – на пару с наставником они додумались, как вытянуть оттуда отголосок обладания и наделить им любого… Вот почему Фидес обрела власть и диктовала условия странам с современными армиями и флотом.

Все это разом нахлынуло на Сансару. Возвращение в места, где ты рос, всегда пробуждает воспоминания и думы, и в этом случае она не стала исключением, хоть и воскрешала в памяти их с братом детство и отрочество без душевной теплоты и иных нежных чувств.

– Дом, родной дом… – проговорила девушка, вдохнув пыльный и сухой воздух, стоило ступить в кишащий редринами оплот. Форти лишь насупился.

Местные их знали в лицо, тут и не затеряешься в толпе (та расступалась с поклоном).

А дети самой величайшей редринки – понурые и уставшие – шли прямиком в логово царицы (дворцом, замком или крепостью ее обитель никак не назвать), боясь встречи с матерью, которую подвели и чьих надежд не оправдали.

Найденыши не могли предположить, начнет ли она злиться или возликует, если все сталось по ее хитрой задумке. Допустим, верно второе, тогда беспокоиться не о чем, – а они удостоятся похвалы (главное не обольщаться и не шибко надеется, ведь судьба преподает жестокие уроки).

Сансара и Форти прошли по тоннелю и оказалась в куполообразной пещере, которую пронзил насквозь гигантский изогнутый клык – красный камень. От него исходило зловещее свечение – крадучись, оно ползло по стенам.

Сансара нехотя глянула сквозь толщу породы и врезалась взором в темное пятно – его тело.

“Ну да, куда ему деться?”

Она старалась не думать о таком конце: стать пленником камня – незавидная участь! Но оттого друза и считалась диковинкой, чудом, величайшей ценностью во всем Мэриеле. И это сокровище – причудливый саркофаг короля Варлага – принадлежит царице Фидес. Или же наоборот, он владеет ей?

“Так тихо и темно, – подумала Сансара, обходя кристалл и сворачивая в очередной тоннель.

От странных, будто бы чужих, мыслей по коже пробежали мурашки, как тогда, на крыше. Только тут-то не холодно…

“И Колесо по-прежнему молчит”. – Она остановилась перед проемом в тронный зал и прислонилась к стене.