Пока горит свеча

– Конечно же мамы! Буду с ней договариваться, ты все равно ничего не решаешь.

– Скорее мир перевернется верх дном, чем ты с ней договоришься. Запиши мой номер – 17323260789. И хватит на меня смотреть так, мне не по себе.

– Прости, ты очень красивая.

– А ты много пьешь.

– Только когда вижу тебя!

– Зачем?

– Ты мне нравишься, но мне неловко подойти к тебе. Такое у меня впервые, обычно я смелее.

– А мои девочки говорят, что ты не такой уж и стеснительный.

– Мало ли что они говорят.

– Мне холодно я пойду… Меня подруги ждут.

Она попрощалась и ушла. Майкл стоял и курил в молчании.

Вернувшись в зал, он передал за стол Моники фрукты и бутылку лучшего игристого вина, которое было у Гари, но они отказались от угощения Майкла. И тогда он с друзьями употребил все это вместо них. В какой-то момент в «Баттерфляе» появилась Кейт. Она села рядом с Майклом, и они страстно поцеловались. Веселье продолжалось. Спустя некоторое время Майкл вспомнил о Монике. Обернувшись, он не нашел ее, впрочем как и каких-нибудь других посетителей.

В «Баттерфляе» занятым был только их столик. Майкл потянул к себе Кейт и начал ее щекотать, она этого не любила, он это знал. Уронив пару бокалов в борьбе за свободу от щекоток, Кейт освободилась. Веселье подходило к концу, и, вызвав такси, друзья разъехались по домам.

Моника проснулась от звука телефонного звонка. Подняв трубку мобильника, она услышала незнакомый голос.

– Доброе утро, это ваш сосед. Не подскажете, есть ли у вас горячая вода?

Моника не сразу поняла, что от нее хотят.

Встав с постели, она с трудом прошла в ванную, открыла воду и, убедившись, что все в порядке, ответила:

– У нас есть.

– Странно, а у нас нет. А вы где живете? На Ривери-стрит?

– Вы не туда попали, это Пятьдесят седьмая улица.

– А какой дом?

– Дом номер 9, – не задумываясь ответила Моника.

– Одевайся, я буду через сорок минут! Это Майкл. Помнишь меня?

Моника опешила.

– Не надо приезжать, мы совсем незнакомы, – отнекивалась девушка.

– Вот и отлично, познакомимся.

– Я не шучу!

– Буду в десять двадцать.

– Я не выйду, можешь и не стараться.

В ответ шли гудки.

В десять двадцать в дверь позвонили. Миссис Траверз открыла дверь. На пороге стоял Майкл с двумя букетами. Оба состояли из свежих роз, завернутых в газетную бумагу, они отличались лишь по цвету бутонов – одни нежно-розового цвета, другие – красного.

– Доброе утро. Меня попросили передать эти цветы Монике и ее матери.