Переменная облачность

– Жаль, – Джон оглянулся ещё раз, но Лулы нигде не было видно.

– Ну что, поехали? Машина на парковке. Тут недалеко. Если желаете, я могу её подогнать.

– Не стоит, Вильям. Я пройдусь с тобой.

При последних словах индус, которого на самом деле звали Видьюнмали, улыбнулся одними уголками губ, вспомнив, как поначалу никак не мог привыкнуть к этому британскому варианту своего имени, звучащему, как ему казалось, слишком мягко и нежно, почти по-девичьи. Но потом привык. Время меняет всё.

Выйдя из терминала аэропорта, Джон Смит и его водитель направились к автомобильной стоянке.

Канада встретила Джона холодным порывистым ветром. Он поёжился. Вечерело, небо начинало темнеть, где-то у горизонта уже сияли закатные всполохи.

Разместившись на заднем сиденье «Мерседеса», Джон через открытое окошко машины смотрел в небо, казавшееся ему здесь, в отличие от родных мест, невероятно высоким, громадным, кажется, до облаков тут было не добраться даже на самолёте. Он вообще любил сравнивать города по изяществу облаков над ними.

Автомобиль тронулся с места. Джон перевёл глаза на дорогу и вдруг увидел Лулу. Девушка стояла на обочине, неподвижная, как статуя, закинув голову, и подобно тому, как это недавно делал сам Джон, пристально вглядывалась в быстро темнеющее небо.

– Вильям, притормози.

Взвизгнув, «Мерседес» остановился в нескольких ярдах от Лулы.

Их роли поменялись. Теперь уже Джон наблюдал из своей машины за этой совсем чуть-чуть знакомой ему незнакомкой.

Вид у неё был растерянный. С трудом оторвавшись от созерцания стремительно мчащихся по небесной реке облаков, девушка попросила сигарету у проходящего мимо молодого парня, а потом села на невысокий парапет клумбы неподалеку от раздвижных дверей аэропорта. Неспешно закурила, снова подняла голову к небу.

– Вил, у тебя есть сигарета?

– Конечно. Вы стали курить? – удивился водитель.

– Нет, но сейчас она мне нужна для другого, – Джон быстро выхватил из руки Вильяма протянутую сигарету. – Жди, я скоро вернусь.

Выскочив из машины, Джон подошёл к пребывавшей в состоянии какой-то странной задумчивости Луле.

– Будь добра, дай огонька.