Переменная облачность

Да, ради такого чая, пожалуй, стоило остаться в этом месте на несколько дней.

– Хорошо, я принимаю твоё предложение, Фарид, остановлюсь здесь. Ненадолго, пока не подберу себе другое жильё.

– Договорились. Я предупрежу брата, скажу, что ты согласна, и он покажет тебе комнату.

– Фарид, плесни мне ещё. Чай просто потрясающий.

– Хорошо, принцесса. Покорный слуга сделает всё, как ты скажешь.

Не спеша Лула смаковала ароматный напиток, и глоток за глотком разливалась в её душе тёплая, щемящая ностальгия по далёкому детству, по родителям, по родному дому.

Новая картина всплыла в её памяти. Вот она, ещё совсем малышка, сидит у окна и наблюдает, как отец во дворе срывает стебельки с небольшого куста. Как потом трёт их в ладонях, вдыхает аромат растений, прикрывая глаза от удовольствия. Кидает стебли в чайник, заливает кипятком. Затем усаживает маленькую Лулу к себе на колени, играя с её маленьким носиком, пока заваривается чай. А потом они вместе с отцом долго пьют его, и аромат, исходивший от напитка, смешивался с ярким запахом этой травы от тёплых мозолистых папиных рук.

Лула встряхнула головой, чтобы избавиться от захватившего её воспоминания.

– С чем всё-таки этот чай? – спросила она у Фарида. – Такой знакомый запах.

– С чабрецом, – он явно обрадовался, что любимый им напиток понравился девушке. – Я же говорил.

– А мне показалось – это тимьян. Нет?

– Да, это он и есть. Одни называют его тимьяном, другие – чабрецом.

– Знаешь, Фарид, я любила пить его в детстве. Чай с чабрецом. Отец заваривал его по утрам или когда я простуживалась. Не думала, что попробую его тут.

– Ванкувер, знаешь ли, совмещает несовместимое, – вновь улыбнулся Фарид.

Они засмеялись, и Лула ощутила, что на сердце у неё становится теплее. День, начавшийся так скверно, вдруг переменил своё настроение и, казалось, засверкал новыми яркими красками. Лула почувствовала, как тревога, владевшая ею с утра, начинает отпускать её.

6. ПРЕРВАННОЕ СОВЕЩАНИЕ

Отвернувшись к окну, Джон сделал глоток воды из стакана, а потом повернулся к длинному столу, за которым располагалось руководство его компании. Всего шестнадцать человек – по восемь человек с каждой стороны. Все они внимательно смотрели на Смита.

Джон ещё раз взглянул в окно: город был как на ладони, – сияющее на совершенно чистом небосводе солнце, окна высотных зданий по соседству, отражающие морскую гладь.