Серый градиент. Сумеречье

– Хмм, чувства значит? Как и сказал Профессор Поларис, я плохо помню свое прошлое, но это не значит, что я ничего не помню. Я отчетливо помню, как эти твари измывались надо мной. Помню, как они потешались над моими страданиями, их отвратительный смех. Но самое яркое воспоминание – это моя ненависть. Каждый день, каждую секунду я представляла, как убиваю этих уродов. Хотя убить сразу было бы слишком просто. Я бы заставила их пройти через тот же кошмар, что прошла я, пытала, пока они не превратились в овощей без эмоций и рассудка, а потом избавила от страданий, забрав их никчемные жизни.

Для натуральности Рей постаралась вложить в пронзительное откровение все свои обиды на соотечественников и Советников Сайлорс и, осторожно проверив реакцию, возликовала – миссия наведения ужаса успешно выполнена.

Первым нарушил молчание эксперт в психологии:

– Что ж, эмм… думаю, можно считать ответ… удовлетворительным.

После этого некоторые скучковались в группы, другие остались сами по себе. Рей бы с превеликим удовольствием присоединилась ко вторым, но ей хватило одного взгляда на своих соседей по парте, чтобы оставить эту надежду.

Словно в ответ на ее мысли Сиера что-то настойчиво прошептала Ларку, вплотную приблизившись к его уху. Тот, немного покраснев от такой близости, неловко отстранился и обратился к Рей:

– Давай дружить!

– И со мной, пожалуйста, – подхватила Сиера, умоляюще округлив глаза.

Надеюсь, умственная недоразвитость не передается воздушно-капельным путем.

– Я вам этого не советую, – холодно обрубила Рей. – Меня на неопределенный срок запишут в изгои, так что держитесь подальше.

Но Сиера оказалась неслабым орешком и с пылом возразила:

– Нет, это не так! Все обязательно тебя примут! Ты очень замечательная и… и даже если ты права, я не боюсь стать изгоем!

– Да мне как-то все равно, становись, если так хочется, – огрызнулась Рей, почему-то вспылив. – Но я сейчас должна залечь на дно. В одиночку это намного проще.

– Правда? – удивился Ларк.

Не сыпь мне соль на рану!

– Конечно же, чтобы сделать ее мне обязанной. Я не влезаю в чужие дела просто так.

У простодушного Ларка, не привыкшего к глубокому анализу, уже мозги набекрень выворачивались. Устав спорить, он рассмеялся.

– Блин, ну чего ты такая сложная? Все равно от нас тебе уже не отвертеться, смирись. Верно я говорю, Сиера?

Не менее простодушная Сиера с энтузиазмом закивала.