Серый градиент. Сумеречье

Наверху за элегантным столиком из темного дерева и широким креслом с золотой бахромой восседал мужчина зрелых лет, постоянно вздрагивающий и нервно перебирающий руками, словно боясь чего-то. Его худое лицо облепляли морщины, на макушке головы вокруг блекло-русых волосяных отростков зияла лысина. Такая невыразительная внешность странно сочеталась с одеянием – роскошный атласный плащ изумрудной гаммы с высоким воротником и длинными рукавами облегал золотистый жилет с черными пуговицами, соединенными цепочками.

Рядом с креслом стоял человек в строгой и одновременно изысканной сиреневой с черными вставками мантии, с очками на глазах и ниспадающими чуть ли не до пола прямыми черными волосами.

Помимо них был кое-кто еще – высокий парень с чуть взъерошенной прической из светлых волнистых прядей, прислонившись к стене, держал руки в карманах и ритмично покачивался, будто в такт музыке. Заслышав шаги, он оторвался от опоры и радостно воскликнул:

– Брат!

Проследив за его взглядом, Рей поняла, что обращались к Джебберту.

Самый юный – очевидно, второй имперский отпрыск, точнее, первый – он выглядит старше. Тот, что в мантии, похож на верного секретаря. А император…

На эту роль оставался лишь один претендент, хоть его вид и внушал обратное. Однако его средний палец обхватывал массивный перстень с символом рассеченной луны и меча.

Резко затормозив, командующие и Профессор Гронбелл поклонились и в голос выкрикнули:

– Приветствуем Ваше Императорское величество!

Человек в кресле кротко кивнул.

Чтобы не выдать удивления, Рей с преувеличенным интересом рассматривала интерьер. Быть может, это такой отвлекающий ход и за неприглядным обликом скрывается натура всемогущего правителя?

Император, обменявшись со взрослыми парочкой формальных фраз, посмотрел на Рей, а затем на Джебберта.

– Сын мой, эта та юная пленница, про которую ты рассказывал? Ты нашел доказательства своим словам?

Голос монарха прозвучал слабо и неуверенно, как-то совсем не по-императорски. Джебберт, испуская непонятные и при этом очень ощутимые волны отрицательной энергии, ответил ровно и почтительно:

– Да, отец. Профессор Гронбелл может подтвердить, что все сказанное ею правда. И командующие тоже. Мы все верим, что она прибыла из прошлого.