Дикари. Дети хаоса

– Как далеко отсюда здания? – спросил Мердок.

– В длину остров мили четыре и пять-шесть футбольных полей в ширину, – сказал Джино. – Поэтому, чтобы добраться до них, нам нужно идти примерно шестьсот ярдов джунглей.

– Мы не знаем, что там, – сказала Куинн, – или что там могло остаться полезного для нас. Возможно, там есть даже еда.

– У японцев были сухпайки, похожие на американские, – сказал Херм.

– Вот только будут ли они съедобны, столько лет прошло?

– Некоторые должны. По крайней мере, теоретически, при условии, что они остались запечатанными.

Походив у камней, Куинн и Херм принесли лишь несколько крошечных крабов и маленькую ракушку, которая оказалась пустой. Попытки Харпер наловить рыбы с помощью палки были еще менее успешными. В итоге из еды у них осталось лишь несколько кусочков последнего расколотого кокоса.

– Я сейчас съела бы почти что угодно, – сказала Куинн.

– Да уж, – согласился Херм, – от этих кокосов у меня только понос.

Харпер поморщилась:

– Спасибо за столь подробную информацию.

– Это не смешно, – сказал Джино. – Мы голодаем, и у нас почти закончилась вода. Сегодня мы с Дэлом уже потратили очень много сил. Поэтому, если не раздобудем сколько-нибудь питьевой воды и протеинов, у нас начнутся проблемы.

– Никто и не говорил, что это смешно. – Херм поднял заостренную палку. – Ты видишь, что кто-то смеется?

Даллас – он сидел и отдыхал – поднялся на ноги и потянулся.

– Давайте уже покончим с этим. Если будем стоять и разглагольствовать о лагере целый день, то не узнаем о нем ничего до самой ночи.

Нам нужно как можно быстрее добраться до него и посмотреть, что там к чему.

– Совершенно верно, – сказал Джино. – Поскольку речь также идет о потенциальном укрытии. Возможно, оно не идеальное, но, наверное, лучше, чем прямо на пляже или в тех пещерах.

Куинн положила руку Мердоку на плечо.

– Джон, я не уверена, что ты готов пойти с нами. Особенно учитывая, что идти трудно, а джунгли густые. Как ты себя чувствуешь?

Выражение лица Мердока не оставляло сомнений, что он крайне разочарован.

Хотя раны прочищались относительно хорошо несмотря на обстоятельства, один глаз по-прежнему был залеплен запекшейся кровью (из уголка продолжала сочиться прозрачная жидкость), а лицо покрыто глубокими царапинами и синяками.

– Одним глазом я вижу лучше и чувствую себя сильнее, чем раньше. Я… я справлюсь. Не беспокойтесь обо мне.

– Куинн, ты – единственная, у кого есть медицинский опыт, – сказал Джино.