Дикари. Дети хаоса

Схватить ее за цыплячью шею и задушить, врезать ей по безмозглой башке, заткнуть болтливый рот чем угодно.

– Что? – спросила Харпер. – Почему ты так смотришь на меня?

Не ответив, Куинн повернулась и пошла к прибою.

* * *

– Хватайся, – задыхаясь, произнес Джино, протягивая Далласу руку. – Я подтяну тебя.

Солнце светило Далласу в глаза, поэтому он видел лишь силуэт Джино и руку, тянущуюся к нему сквозь слепящий свет. Даллас висел на краю вершины и был слишком слаб и измучен, чтобы подтянуться самостоятельно, но боялся отцепиться от скалы, чтобы ухватиться за руку Джино.

Если Даллас промахнется или Джино не удержит его, то он будет катиться по каменистому склону больше ста ярдов и может здорово покалечиться или даже разбиться насмерть. Но висеть вечно он тоже не мог.

– Я удержу тебя, – пообещал Джино, широко расставив ноги для большей устойчивости. – Давай. Хватайся.

Даллас рванулся к нему, вскинул руку вверх, и Джино схватил его за запястье, так они держались крепче, тем более что с обоих градом лил пот.

С силой, уверенно Джино затащил Далласа на скалу.

Оказавшись на вершине, Даллас упал и полежал какое-то время, взмокший, вымотанный и довольный, что остался целым и невредимым.

– Спасибо, друг, – произнес он, отдышавшись.

Джино, который все еще стоял согнувшись и тоже переводил дух, сказал:

– Добрались.

– Спускаться обратно будет весело.

Выпрямившись, Джино пересек неровную вершину утеса и встал у края. Даллас поднялся на ноги и присоединился к нему. Высоту он никогда не любил, и только сейчас понял, как высоко они забрались.

Несомненно, это была самая высокая точка острова – футов четыреста над уровнем моря. Океан отсюда казался бескрайним, еще более зловещим и прекрасным, чем с берега. И небо было каким-то нереально большим и широким.

– Господи, – произнес Даллас, – да мы и впрямь на краю земли, верно?

– Но здесь очень красиво.

– Не когда эта красота пытается тебя убить.

– И тем не менее.

Даллас посмотрел на пляж. Вдалеке он увидел лагерь, костер, рядом – Мердока и Харпер, а у камней Херма и Куинн.

– Отсюда будто виден весь мир, – сказал Джино.

– Во всяком случае, наш мир.

– Только он и важен теперь.

Они перешли на другой край скалы, чтобы внимательнее рассмотреть противоположную сторону острова. В отличие от океана и неба, остров выглядел гораздо меньше, чем представлял себе Даллас. Вероятно, верхушка потухшего вулкана, он был мили четыре в длину и ярдов пятьсот в ширину.