Дикари. Дети хаоса

– Да, ты… ты прав.

Джино провел руками себе по волосам, а потом обхватил голову, будто боялся, что иначе то, о чем он думает, может вырваться наружу.

– Мне хочется ошибиться, – пробормотал он. – На этот раз. Но все мы знаем, что я не ошибаюсь.

«Не отворачивайся, – сказала себе Куинн, вспоминая все, что знала, и собираясь с духом. – Успокойся, сосредоточься и прикинь». Она попыталась видеть лишь предмет, лежащий на камне, а не руку, которая когда-то была частью человека, и уж точно не того, которого она знала и любила.

– Осторожно, – предупредил Джино. – Если это те муравьи, о которых я думаю, ты не захочешь, чтобы они по тебе бегали.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Они кусаются?

– Думаю, это могут быть желтые сумасшедшие. Водятся на некоторых островах в южной части Тихого океана. Они не кусаются. Они распыляют кислоту.

– Понятно, – сказала она, вытирая пот со лба и тяжело вздыхая.

– Не трогай руку – и все.

Куинн не собиралась дотрагиваться до руки, но слова про муравьев сделали кошмар еще страшнее и невероятнее.

Прикрыв нос от смрада, она наклонилась к руке, чтобы рассмотреть получше. Наверняка не скажешь, но, приглядевшись, Куинн решила, что, несмотря на жуткий вид и скопление муравьев, рука вроде бы искалечена не так уж сильно, как следовало ожидать, когда откусывает или отрывает хищник.

– Трудно сказать, – произнесла Куинн, – но она относительно целая. Будто отрезана.

– Могло так отрезать об риф? – спросил Даллас.

– Не знаю.

Но на укус не похоже.

– Господи, – вздохнув, произнес Даллас. – Говоришь, что кто-то ее отрубил?

– Нет, конечно, я…

– И что теперь?

Куинн отошла и оглядела заросли, будто искала ответ.

– Не знаю. Я не коронер. Просто говорю, что это не похоже ни на один укус, который я видела. Может, и на рифе оторвало. Может быть.

– По-моему, могло оторвать, если он налетел на риф и зацепился за него рукой. Но, опять же, прямо так ровно и отрезало?

– Или дело не в рифе… давай, Дэл… предложи свою версию.

Джино наконец опустил руки, но все еще не знал, что с ними делать.

– Ладно, давайте проясним вот что. Вероятность того, что на этом острове есть кто-то, кроме нас, практически нулевая.

– Почему? – спросил Даллас. – Если мы здесь, то почему бы кому-то еще здесь не быть?

– Потому что мы в жопе мира.

– Придумай что-нибудь получше.

– Шанс очутиться здесь – один к миллиону, а шанс, что здесь есть кто-то еще, и того меньше.