Я тебя узнаю

Ты прости, друг, но я жрать хочу – сил нет. Всё, отсылай девок восвояси.

Я быстро шел по коридору, торопясь заскочить в лифт прежде, чем Глеб догонит меня и начнёт очередную промывку мозгов. Желудок уже начал недовольно ворчать – шутка ли не есть со вчерашнего вечера? Успел нажать на кнопку лифта и уже заскочил в раскрытые двери, как Глеб прытко ввинтился следом за мной.

– Карелин, ты что чудишь?! Я тебе пять девок прислал, а ты ни одну из них не удостоил своего внимания! Ну вот скажи, чем тебе та в очках не понравилась? Скромная, внимания лишнего привлекать не будет.

– Причем тут Томка? – я поморщился.

– Сам подумай – две бабы, и обе приближённые к шефу. Знаешь, какие искры могут летать? А эта Ангелина твоей Томке даже не конкурент.

– Томка, Томка… заладил, – Глеб начал меня раздражать. – Какая может быть конкуренция? Кто кофе быстрее сварит и принесёт?

– Димыч, эта Ангелина – самый настоящий клад. Прекрасно знает два языка – английский и немецкий – и имеет юридическое образование.

При слове «контракт» я поморщился. Наверное, оно было волшебным ключом, потому что я уныло согласился:

– Ладно, хрен с ней, пусть приходит завтра к восьми и не опаздывает.

Рот Глеба от радости растянулся до ушей. Можно было подумать, что эта очкастая пигалица была его личным протеже, но самому мне стало намного легче – больше не нужно было слушать жалобы и уговоры друга.

***

Тщательно намакияженные красотки кучкой шли по коридору, до моих ушей доносился их щебет – их не особо расстроило, что они не прошли собеседование. Они продолжали обсуждать новинки моды, лучшие салоны, где дешевле можно вкачать филлеры и надуть губы французским методом.

А я расстроилась. Мне эта работа была очень нужна, а после того как Виталий Семёнович расписал все прелести и бенефиты моей новой должности, я почувствовала себя словно ворона из басни Крылова, потерявшая сыр.

В плавно прибывшую кабину лифта я не влезла – в ней уже было полно людей, и я побрела к двери, ведущей на лестницу.

Успела спуститься на три ступеньки, как нога от непривычки ходить на каблуках подвернулась, очки Ленкиной бабушки соскользнули на нос, и я, не успев даже пискнуть, чуть не полетела вниз.