Брак в наследство

Ягодицы призывно переваливались, а грудь пятого размера видно едва ли не со спины. Недаром ей всегда первой доставалось внимание парней, а мне только «объедки». Одна надежда на то, что с возрастом стану больше похожа на маму.

– Девчонки, сиеста-тайм! – мама радостно засмеялась, сверкнув жемчужно-белыми зубами. – Налетайте! Славик готовит шашлычки.

Славик – наш охранник и водитель в одном лице, а иногда мне казалось, что некто больший для мамы. Во всяком случае, взгляды, которые он бросал на маму, ничего общего с охраной не имели.

– Майка, ты прекрасно загорела! Настоящая испаночка! – от комплимента моей матери подруга расцвела. А я покосилась на отражение в стекле – да, такого загара мне не видать просто из-за того, что я родилась рыжей. – Ну что ж, девочки, хочу вас огорчить – пора возвращаться в Москву.

– Ма, а почему ты такая радостная? – я нахмурилась.

Что нас там ждет, кроме мерзопакостной слякотной погоды? И да – еще офисной работы.

Мама вздохнула, тень густых ресниц легла на скулы:

– Дед умер.

Я на миг застыла в недоумении. Она так просто об этом говорит, да еще улыбается, словно это какое-то радостное событие, а не смерть ее отца.

– Ну… – она отвернулась, пожала плечами, – он был уже такой старый, мучился, там ему лучше будет.

– Где там, мам? – я покачала головой. Насколько знала деда, он не верил ни в райские кущи, ни в адские геенны.

– Слушай, Вер, какая тебе разница? Ну, умер он и умер. Старый он уже был.

Майка звонко рассмеялась, взяла с подноса стакан с коктейлем:

– Вер, действительно, расслабься.

Поёжилась. Неприятно стало – как можно радоваться смерти родного человека?!

Схватив стакан с Пина коладой, я пошла в дом. По телу пробежали мурашки от чересчур холодного кондиционированного воздуха в нем. Уже собиралась пройти в гостиную за пледом, когда внимание привлёк разговор отца с кем-то по телефону.

– …Через полгода всё будет полностью под моим контролем. Я, наконец, возглавлю совет директоров и гарантирую, что тогда мы сможем увеличить поставки.

Во всяком случае, никто больше не будет вставлять палки в колёса. Обещаю, что всё будет сделано вовремя, так что, Григорий Ильич, можете смело выдавать кредит, – услышала, как скрипнуло кресло – отец должно быть откинулся в нём, затем раздался лёгкий смех. – Я давно ждал этого дня! Невероятно, но старикан тянул на девятый десяток!

Закусила губу. И отец туда же.