Тридцать сребреников в боекомплекте

Набиравшая силу зеленая трава освежала картину и привносила в пейзаж яркие краски.

Провожая взглядом до боли знакомые улочки небольшого подмосковного города, на окраине которого располагался гарнизон, Роман с тоской смотрел на спешащих по своим делам пешеходов. Он ужасно не любил эти моменты – минуты расставания с чем-то родным, привычным, близким. Даже мысль о том, что он через пару месяцев непременно вернется, не успокаивала.

Странно, но ему всегда почему-то верилось, что он обязательно вернется.

– Так и будем молчать? – Роман осторожно взял руку Ирины.

– Мы прекрасно знаем мысли друг друга, – вздохнула она.

– Мы все так же сильно любим друг друга, верно?

Скоробогатов с тяжелым предчувствием смотрел на женщину. Она помедлила, затем, собравшись духом, еле слышно произнесла:

– Я ужасно устала, Рома. Прости, что говорю об этом сейчас, но… Я действительно устала и больше так жить не могу.

Несколько минут Ирина сидела, отвернувшись к окну, и глядела куда-то вдаль.

– Ума не приложу, что делать. Мы два года прожили вместе, все было замечательно, и вдруг… будто стена образовалась между нами. Будто кто-то перечеркнул, замазал черной краской все хорошее.

Не зная, что ответить, он сжимал ее холодную ладонь. А она, волнуясь, теребила на своих коленях его руку и до крови кусала губы…

Скоробогатов ощутил сдавившую грудь досаду, он не понимал, что происходит. В памяти проносились счастливые дни их совместной жизни, планы, мечты.

Всю дорогу до соседнего летного гарнизона Роман не выпускал ее руки; но больше они не проронили ни слова. А когда прощались на продуваемом всеми ветрами аэродроме, она внезапно обняла его, прижалась к груди и прошептала:

– Не знаю, как дальше сложится наша жизнь. Не знаю… Но ты, пожалуйста, возвращайся.

– Обязательно. – Закрыв глаза, он вдохнул запах ее волос.

Скоробогатов чмокнул ее в щечку, закинул на плечо сумку и размашисто зашагал к длинному ряду транспортных самолетов.

На последней ступеньке трапа он оглянулся.

Ирина стояла на том же месте и, закрыв лицо ладонями, плакала…

Через два месяца он со своей группой вернулся в гарнизон, не потеряв в горячей точке ни одного человека. А спустя еще месяц они с Ириной расстались.