Потерявшийся (в списках смерти не значится)

На нём едем дальше… Сейчас по одному проходим, размещаемся в начале вагона – там наши 14 мест. Пить двое суток до Москвы я не рекомендую, но и не запрещаю – служба раем вам не покажется, это уж точно. Но всё должно быть в рамках приличия. Кто-то начнёт вести себя неподобающим образом, лично шкуру спущу и потом на всю службу распишу только один наряд – драить толчки. Ясно?

– Так точно, товарищ старший лейтенант!

– По одному проходим.

Шумной гурьбой ребята заняли свои места и наконец-то разложили на столах свои провианты в общий «котел».

На одном из столов появился и самогон. Познакомились «поподробнее». Всем ребятам было не больше 20-ти и только один оказался городским – остальные были родом из деревень и сёл со всего Алтайского края.

«Самогонщик» выделялся среди остальных крупными габаритами и обладал басом, соответствующим его комплекции:

– Мужики, давайте как-нибудь покучнее что ли. Батя самогонку гнал, – и он улыбнулся во весь рот белоснежной улыбкой доброго сельского богатыря. Звали его Илья.

 – У нас один «воин» что-то как-то вообще на «отшибе» сидит. Надо перетянуть его. – Илья наклонился к проходу и крикнул. – Лёха, давай к нам! Место есть…

Щуплый белобрысый паренёк высунулся из-за соседней стенки и виновато улыбнулся:

– Я не буду, пацаны… Не удобно бегать туда—сюда да пить мне не охота.

– Ладно тебе… Два метра пробежишь! – Илья снова улыбнулся.

– Да неудобно правда ему, – вступился за товарища другой боец – из города который. – С «гражданскими» сидеть потом. Ещё нажалуются… Слыхал же, что «старлей» сказал.

– Да понял, не дурак, – Илья посмотрел на Костю уничтожающим взглядом, но, конечно, не злым. – Но, уважаемый Алексий, – Илья снова наклонился к проходу между железнодорожными «шконками», – если что – милости просим к нашему «шалашу». – Он громко вздохнул. – Давайте пожрём, пацаны, а?

Никто не был против. Вся провизия лежала в одной куче: тут и бутерброды с колбасой, и жареная курица, и котлеты, и сгущёнка и всякого рода печеньки и прочие сладости с пирожками с картошкой и мясом… Зазвенели стаканы и опрокинулись за знакомство.

Данила сморщился и занюхал чьим-то пирогом с капустой:

– Я как в девятом классе на выпускном нажрался, так с тех пор и не пил эту дрянь… Стыдно было перед матерью пиздец. Поклялся тогда сам себе, что на выпускном из одиннадцатого ни капли не выпью. Кое-как дождался… И не выпил.

Первые же полстакана сильно «ударили» по голове – Данила обмяк и откинулся на стенку. Было душно.