Танковая буря

Ведь вполне могло случиться, что среди участников совещания окажется человек, который служил с полковником Рихардом Мюллером или лежал с ним в госпитале. И что тогда? А еще могло случиться, что Мюллера как представителя Нижнечирской группировки заставят выступить и рассказать о боевой готовности своей части. Что он будет говорить? Нет, положение у Шубина было совсем не простое. Думая обо всем этом, он невольно потрогал кобуру, где лежал его «вальтер». Как бы не пришлось отстреливаться! «Ладно, авось прорвемся!» – решил разведчик в итоге.

На крыльце дома, где размещался штаб генерала Гота, уже толпились несколько офицеров. Два лейтенанта, по всей видимости, адъютанты генерала, проверяли приглашения. Когда очередь дошла до Шубина, он не глядя сунул лейтенантам картонку Мюллера и с невозмутимым видом стал ждать, когда его пригласят в зал. Ага, приглашают, значит, все в порядке.

Войдя в дом, Шубин сначала попал куда-то вроде приемной. Здесь он, как и все остальные, оставил на вешалке свою шинель, а затем, следуя указаниям еще одного адъютанта, вошел в зал заседаний.

Судя по всему, до войны в этом здании помещался райком, в этом зале проводились совещания партийного актива. Сейчас на расставленных заранее стульях сидели два десятка немецких офицеров в чинах от полковников до генералов. Здесь были представители всех родов войск: пехотинцы, артиллеристы, танкисты, летчики, даже саперы. У стены стоял стол, предназначенный для руководства, рядом на стене висела большая карта.

Шубину никогда раньше не приходилось видеть столько высокопоставленных немецких офицеров сразу. Но вот в комнату вошел сухощавый немец в генеральском мундире, и все сразу встали и вытянулись по стойке «смирно». Очевидно, это и был генерал Гот, командующий новой группировкой, правая рука фельдмаршала Манштейна. Вслед за ним вошел другой военный, в чине полковника. «Надо полагать, это начальник штаба Гальдер», – подумал Шубин.

Вошедшие сели, и совещание началось.

– Я полагаю, все присутствующие в общих чертах знакомы с ситуацией, – начал Гот. – Фюрер поставил перед нами задачу: в кратчайшие сроки прорвать русское кольцо окружения и деблокировать наши части, попавшие в котел. При этом он запретил шестой армии покидать Сталинград. Я знаю, что многие офицеры недовольны таким решением. Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать приказы командования. Мы здесь для того, чтобы эти приказы выполнять наилучшим образом.