Космические приключения доктора Кинни

Им приходилось полагаться на общее впечатление, полученное в результате непосредственных наблюдений, и замечательно, что доктор оказался так близок к истине.

– Он, наверное, решил пережить всех остальных, – так он выразился, снимая костюм. Он подошел к витрине и пощупал стекло. – Хотелось бы, не разбивая футляр, увидеть, как его бальзамировали.

Его пальцы по-прежнему лежали на стекле. Внезапно его глаза сузились, он провел пальцами по всей поверхности стекла, а затем, повернувшись, уставился на термометр.

– Весьма любопытно! – воскликнул он. – Когда мы его принесли, он был очень холодным! А сейчас он уже такой же теплый, как эта машина!

Глаза Смита загорелись.

– Возможно, – предположил он, – что в корпусе находится не вакуум, а газ, имеющий электрическое сродство с нашей атмосферой.

– Или, – неожиданно воскликнул геолог, – само стекло может быть совершенно не таким, как у нас. Оно может быть сделано из…

– Боже! – закричал доктор, выдергивая руку из шкафа и отпрыгивая назад.

– Осторожно! – вскрикнул Джексон.

Он смотрел прямо в глаза гиганту. Он отступил назад, споткнулся о табурет и упал на пол в глубоком обмороке. Смит беспомощно возился с молотком. Доктор дрожал как лист.

Но Ван Эммон стоял на месте, не сводя глаз с Голиафа; ногти изрезали ему ладони, но он не сдвинулся с места. И, застыв на месте, он увидел от начала до конца все жуткие изменения, которые после миллиардов лет ожидания произошли с единственным выжившим обитателем Меркурия.

Огромная фигура побледнела. В следующее мгновение каждая линия этого несокрушимого тела потеряла свою силу, твердость покинула глаза и рот. Голова словно опустилась ниже в массивные плечи, а сильные руки расслабились. Еще через секунду то, что когда-то было железным, стало резиновым.

Но только на мгновение. Секунда за секундой огромная гора мышц сползала, застывала и фактически таяла на глазах у людей.

Менее чем через полминуты человек, некогда покоривший планету, превратился в дымящийся кусок коричневатой пасты. Когда он опустился на пол футляра, то коснулся слоя рассыпанного там крупнозернистого желтого порошка, который и вызвал испарение. Через мгновение комната наполнилась его дымкой; к счастью, аппарат доктора работал исправно.