Деволюционист и Эмансипатрикс

Ван Эммона поразили, во-первых, гладкая кожа и совершенное строение кисти и запястья, а во-вторых, своеобразный почерк на бумагах. Он понятия не имел, что они означают, хотя его агент, несомненно, знал. (Впоследствии четверо пришли к выводу, что в случае слов, написанных кодом или иным способом, требующим усилий сознания агента, люди на Земле, находящиеся в контакте только с подсознанием, не получают информации. Но у них никогда не возникало проблем с пониманием того, что было сказано вслух).

– Если есть какие-то особые вопросы, которые должны быть рассмотрены на общем заседании, то сейчас самое время поднять их, – сказал Поварт и остался стоять.

С правой стороны стола выступил низкорослый мужчина с очень большой головой:

– Я хочу предложить, чтобы мы отправили еще одну экспедицию на Альму.

– Согласен, – отозвался человек, который был предшественником Поварта. Видимо, эти десять человек почти не обращали внимания на парламентские правила. – Каковы перспективы, Поварт?

– Самые лучшие. Старый космический корабль Рунледа был недавно отремонтирован, и, как я понимаю, добыто достаточно необходимых материалов, чтобы обеспечить один рейс туда и обратно.

– Очень удачно, что мы сможем снова посетить Альму, хотя мы и израсходовали все наши запасы на эту цель. Похоже, что скоро нам понадобятся, и очень понадобятся, некоторые химические секреты, которыми владеют только они.

– Когда можно будет отправиться в путь?

– В течение недели. Я буду поддерживать связь с экипажем по беспроводной связи и время от времени сообщать Вам о продвижении судна.

Наступила долгая пауза. Поварт подождал, как бы ожидая новых реплик, затем еще раз взглянул на свои записи и начал:

– Конечно, нас в основном интересует демонстрация в Каластии. Что касается ее причины, то я могу отметить, что Эклан Норбит в это время находился в больнице, у него была замена. Если бы он был на месте, то восстание было бы подавлено еще до того, как о нем стало бы известно.

– Но теперь, похоже, Каластия за последние несколько часов превратилась в кипящий очаг восстания. Конечно, мы изолировали этот район, и сейчас ведется поиск оружия.

– Во главе непокорных стоит человек по имени Эрнол. Он воспринимает свое заточение как нечто само собой разумеющееся, и никакое давление не заставит его заговорить. Ни от его товарищей, ни от его сына мы ничего не можем добиться. Какие меры предпринять – решать нам.