Планетолетчик

Все остальное было желтовато-белым, с оттенками красного, коричневого и зеленого.

Когда я все-таки откликнулся на один из звонков Джонни, то увидел, что он и его друзья установили поручни вдоль распределительного щита и по всей "безопасной" части помещения. Более того, парни почти постоянно цеплялись за эти поручни. Джонни уже объяснил это, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы догадаться о причине.

После отрыва от Земли Конус и все, что в нем находилось, освободились от воздействия гравитации.

У них больше не было веса в обычном понимании этого термина; Конус теперь был сам по себе маленькой независимой планетой. Перила были нужны для того, чтобы люди не парили – да, это правильное слово – не парили в воздухе по направлению к центру тяжести конуса.

С пола на потолок вела лестница. Один из мужчин появился в проеме и, к моей неожиданности, прыгнул вниз, не коснувшись перекладин. Но он не упал, а плавно опустился по воздуху и мягко приземлился. Если бы он не зацепился за лестницу, то отскочил бы назад к потолку.

Джонни и Паркер в это время занимались расчетами. Через мгновение они закончили и начали настраивать контроллеры в соответствии со своими цифрами. Джон объяснял при этом.

– Мы сейчас находимся на такой высоте, что Луна, которую вы, находясь на долготе Нью-Йорка, можете видеть восходящей на востоке, находится на одном уровне с полом Конуса. Центробежная сила в вертикальном колесе все еще действует против притяжения Земли, но Луна энергично тянет в сторону.

Она находится прямо за вашим зеркалом.

Он вспомнил о другом зеркале и быстро подключился к нему.

Я увидел Луну такой, какой она еще никогда не была. В отсутствие атмосферы между ней и моими глазами ее резкие черты выделялись как гравюра. Конечно, это было почти новолуние, только восточная сторона была очень слабо освещена. Это соответствовало известному закону, согласно которому Земля и Луна имеют противоположные фазы.

Пока я наблюдал, диск Луны неуклонно увеличивался.

Джонни был, что называется, у меня под локтем.

– Горизонтальное колесо почти не движется. Я позволяю Луне делать все, что она хочет. Как только мы наберем достаточную скорость, я использую это колесо как тормоз. Видите?

Он объяснил, что не будет останавливать вертикальное колесо, а позволит ему медленно вращаться, чтобы оно могло действовать как гироскоп, противодействуя стремлению Конуса "вращаться вокруг горизонтального колеса".